И сказать по правде, это стряхнуло самоуверенность со всего Доминиона. Помните, в битве за систему Арун мы бились против сотни кораблей? В наполовину захваченном нами кластере — уже пятом по счёту, куда мы зашли без особых опасений, — мы напоролись на систему, в которой находилось триста военных кораблей рахни, каждый размером с наш крейсер. И среди них были три дредноута — тысячеметровые монстры, не уступающие нашим лучшим кораблям.

Тогда наш флот экстренно отступил, потеряв два фрегата, прикрывавших отход остальных, чтобы уже через неделю собраться в мощный кулак из семи дредноутов, трёхсот крейсеров и почти шестисот фрегатов. Семь дредноутов из десяти имеющихся — Совет решил не рисковать и бросил в бой почти всё, что у нас было. И это были уже не те корабли, что строились шестьдесят лет назад и так просто погибали под выстрелами орудий рахни. Нет, теперь даже самый маленький фрегат может очень больно ответить. Мы вложили в этот флот ресурсы тридцати планет за шестьдесят лет, и теперь ему предстояло пройти первую настоящую проверку.

Первым делом мы решили не рисковать, проверяя, на что способны дредноуты рахни, и атаковали их субсветовыми ракетами ещё до того, как они успели выйти на дистанцию открытия огня. Три залпа — и три вражеских дредноута превратились в облака обломков, даже не успев сделать ни одного выстрела. Дорогое удовольствие, но результат того стоил: главная угроза была устранена в первые минуты боя, и вражеский флот остался без своих самых мощных кораблей.

Ну а далее мы медленно и методично перемалывали оставшийся флот противника, стараясь как можно меньше терять свои корабли. Дредноуты держались в центре построения и выбивали вражеские корабли один за другим — их главный калибр снимал щиты с одного-двух попаданий, а следующего залпа цель уже не дожидалась. Крейсера, выстроившись широким фронтом, бесконечно выпускали рои дезинтегрирующих торпед, не давая рахни приблизиться и заставляя их тратить ресурсы щитов и системы защиты на перехват. А фрегаты под прикрытием более мощных судов больно жалили и давали торпедные залпы по уже ослабленным целям, добивая тех, кто пытался выйти из боя или перегруппироваться.

К сожалению, совсем без потерь одолеть такой флот не вышло. Пять крейсеров просто не успели вовремя сманеврировать, попали под концентрированный огонь сразу нескольких вражеских кораблей и были уничтожены — их щиты схлопнулись за минуту, а броня, какой бы толстой она ни была, не выдержала сосредоточенных попаданий. Ещё три крейсера выжили лишь благодаря своей тяжёлой броне — они вышли из боя с пробитыми в нескольких местах корпусами, с отказавшими орудиями, с потерянными отсеками, но на собственном ходу. Аналогично происходило и с фрегатами, разве что цифры были ещё страшнее. Шестнадцать судов было уничтожено навсегда вместе с экипажами, ещё семи предстояло проходить долгосрочный ремонт на верфях — от нескольких месяцев до года.

И это была битва только за одну систему в новом кластере.

Дальше было страшнее. Чтобы полностью обнаружить и захватить системы с кластерными ретрансляторами, нам потребовалось более трёх месяцев интенсивных боёв, за которые мы потеряли более трёх сотен фрегатов, сотню крейсеров и два дредноута. Один был потерян, когда сразу пять вражеских дредноутов вышли из засады за газовым гигантом и дали синхронный залп, не оставив нашему флагману ни единого шанса. Второй погиб, прикрывая отступление основных сил из системы, где вражеский флот оказался вчетверо больше разведывательных данных.

И это лишь на то, чтобы полностью захватить все системы одного скопления — не колонизировать, не освоить, а просто взять под контроль ключевые узлы и зачистить очаги сопротивления.

Дальнейшее расширение было приостановлено. Совет единогласно проголосовал за то, чтобы закрепиться на достигнутых рубежах и не лезть дальше, пока не будут восполнены потери. А все выходы с двух ретрансляторов, что вели во вражеские звёздные скопления, начали серьёзно готовить к обороне.

В первую очередь, с помощью специальных военных транспортных кораблей в систему были доставлены модульные детали для мониторов — оборонительных кораблей, что навсегда прикованы к одной системе. Восьмисотметровые монстры хоть и меньше наших дредноутов и несут более слабый калибр, но в десятки раз дешевле наших флагманов. А три таких по мощи могут и потягаться с лучшими нашими кораблями. Также каждый из них оснащён пусковыми установками для субсветовых ракет — тех самых, что гарантированно уничтожают любую цель.

Вообще, Доминион старается ставить хотя бы один такой монитор у систем с кластерным ретранслятором, а также у стратегически важных объектов. Например, последняя надежда нашей цивилизации — трёхкилометровый монитор «Бог Войны» уже тридцать лет сторожит покой столичного мира. Или по парочке полуторакилометровых мониторов стоит на защите Хивекора и Эйрены, как стратегических для Доминиона миров — наша главная кузница и наша первая колония.