Была даже идея создать космические истребители, которые стартуют с корабля-носителя в сторону неприятеля и сбрасывают торпеды, но от неё отказались. Зачем нужны истребители, если торпеды умные и сами могут маневрировать до вражеского корабля?

Но для дредноутов и такого вооружения нам мало. Мы сами убедились, что даже одна освоенная рахни планета — это целая планета-кузня для военных кораблей. А таких планет у рахни, по словам Барби, тысячи. Если они выставили против нас не колонизаторов, а полноценный военный флот — сотню дредноутов, например, — то наши десять, какими бы продвинутыми они ни были, просто сомнут. Концентрация огня будет такая, что щиты схлопнутся за считанные минуты, а потом — и корпуса.

Поэтому для гарантированной победы над любым возможным кораблём каждый дредноут имеет свой молот. А именно — субсветовые ракеты.

По конструкции они очень сильно напоминают наши космические корабли в миниатюре. За одним исключением: вся их главная задача — как можно сильнее разогнаться, чтобы их было просто невозможно остановить.

Это дорогое, очень сложное в производстве и эксплуатации оружие. Каждый выстрел стоит как целый фрегат. Но если дать снаряду разогнаться до субсветовых скоростей, от него не защититься вообще никак. Никакой щит не поглотит такую энергию и никакая броня не выдержит такого удара. Вражеский корабль просто разлетается в пыль, а если позади него находились ещё несколько кораблей, то они просто сметаются обломками от попадания — цепная реакция, способная превратить целую эскадру в облако осколков.

Всего дредноут несёт снаряжёнными два таких боеприпаса, а также ещё два имеется про запас. Процесс перезарядки орудий может занимать весь день, так что бесконечно спамить атаками не получится. Каждый пуск — это решение, которое должен принять капитан, понимая, что второго шанса может не быть, и что за каждый потраченный снаряд он будет отвечать лично.

Ну и естественно, никто отправлять дредноуты воевать в одиночку не собирается. Они всегда двигаются в составе целых флотов, содержащих корабли разных назначений и классов. Фрегаты и корветы прикрывают их от торпедных атак и малых судов противника. Крейсера создают плотность огня, не давая врагу сосредоточиться на главной угрозе. А дредноут наносит чудовищные разрушения вражескому флоту. Его главный калибр методично перемалывает корабли один за другим. И даже если против него выйдет несколько вражеских дредноутов - субсветовые ракеты дают ему шанс забрать с собой как минимум двух противников.

Любой вражеский капитан, видя перед собой наш дредноут, будет знать: этот бой не закончится для него победой.

И весь этот технологический бум стал возможен только с помощью реверс-инжиниринга технологий, предоставленных нашими врагами. Мы брали чужое, разбирали до винтика, понимали, как оно работает, и делали своё. Лучше, мощнее и надёжнее. Но в основе всегда лежало что-то, созданное не нами.

Даже забавно, что большинство наших космических кораблей основываются на чужих технологиях. Сначала мы строили первые корабли по разбившемуся на Аэтрисе кораблю неизвестной цивилизации — те самые «Первопроходцы», с которых всё началось. Потом был «Рассвет», потом «Мираж», потом крейсера и фрегаты — и все они, так или иначе, восходили к тем первым открытиям. А затем мы совершили ещё один технологический скачок, заполучив уже корабли рахни. Их орудия, их щиты, их двигатели — всё это легло в основу нашего нынешнего флота.

К сожалению, Барби не смогла дать нам больше. Мы выжали из неё всё, что могли: технологии, знания о структуре роя, понимание их производственных цепочек, доступ к их методам строительства. Но она была лишь одной королевой, молодой и неопытной, отправленной руководить колонией, а не создавать новые технологии. Она не знала всего, что знали старшие королевы на Маским Зул. Многого она просто не понимала — она пользовалась готовыми решениями, заложенными в неё Великой Матерью, но не могла объяснить, как они работают. Мы упёрлись в потолок её знаний лет двадцать назад и с тех пор двигались дальше уже сами.

Уже хорошо, что она смогла построить для нас целый мир-кузню. Хивекор работает безостановочно уже шестьдесят лет, последние десять лет выдавая по одному дредноуту в год, параллельно с этим производя детали для целого ряда других кораблей. Если бы не Барби, у нас сейчас было бы не десять дредноутов, а хорошо если один.

Но, к сожалению, от Барби пришлось избавиться. Не сразу — она была слишком ценным ресурсом, чтобы просто уничтожить её. Но на двадцатый год существования Хивекора она произвела на свет четыре особые особи — новых королев рахни. Полноценных, способных к самостоятельному управлению роем. Это была её инициатива, не согласованная с нами. Она решила, что пора расширять улей и готовить себе смену. Возможно, она чувствовала, что мы её используем, и хотела оставить после себя потомство, которое продолжит её дело. Возможно, просто следовала инстинктам. Какая разница.