И после глубинных боёв, где из-за высокого содержания токсинов даже ящерам приходилось носить систему закрытого дыхания, из тысячи доставленных костюмов осталась лишь сотня. Девятьсот машин потеряно за полгода. Но эта тысяча костюмов доказала, что даже маленькие аруны способны стать грозной силой в галактике.

Аэлларин

Весь Доминион окончательно начал готовиться к продолжительной галактической войне, которая, возможно, продлится несколько столетий. После первых стычек с рахни и взрыва ретранслятора стало окончательно ясно: быстрой победы не будет. Мы можем выигрывать битвы, но война только начинается, и её масштабы далеко превосходят всё, с чем мы сталкивались раньше.

И, если честно, для всего этого требуются титанические усилия. Это не обычная война, которая длится максимум десяток лет и заканчивается подписанием мира. По канону Mass Effect война с рахни длилась триста лет. Триста лет — это пять поколений айтерри, для которых война будет длиться всю жизнь. Смертные, рождённые сегодня, умрут от старости, так и не увидев мира. Их дети — тоже. Их внуки — возможно, тоже. Это не может не повлиять на общество. И повлияет глубоко.

Несомненно, общий враг сталью сплотит виды Доминиона. Ящеры, аруны, айтерри — все мы будем сражаться плечом к плечу, и это сходство постепенно сотрёт многие барьеры. Ничто так не объединяет, как внешняя угроза. Наши военные технологии будут развиваться сумасшедшими темпами — война всегда была лучшим двигателем прогресса, и у нас нет причин сомневаться, что через пятьдесят лет мы будем строить корабли, которые сейчас показались бы фантастикой.

Но для того чтобы Доминион не скатился в режим, где из народа выпьют все соки, нужно проводить серьёзные меры уже сейчас. За триста лет изменится не только экономика, но и культура с религией.

И при победе, которая, я уверен, обязательно наступит, вся эта военная машина станет не нужна. Огромный флот, который мы сможем построить за столетия войны, — тысячи боевых кораблей — после последнего выстрела превратится в мёртвый груз на балансе государства. Миллионные наземные армии, закалённые в боях на десятках планет, окажутся не у дел. Солдаты, которые всю жизнь только и делали, что воевали, вернутся домой — и не найдут себе места.

Заводы, которые будут выпускать космические корабли сотнями в год, и производственные цепочки, на обеспечении которых будут работать миллиарды айтерри, ящеров и арунов, станут попросту не нужны. Перенастроить их на гражданскую продукцию можно, но это займёт десятилетия и потребует колоссальных вложений. А главное — зачем? Зачем нам строить новые корабли, пугая Пространство Цитадели, с которым мы, я надеюсь, познакомимся? Если мы выйдем из войны с флотом, способным стереть с лица галактики любую известную расу, Совет Цитадели вряд ли встретит нас с распростёртыми объятиями. Скорее — как угрозу, которую нужно либо задобрить, либо уничтожить.

Поэтому мы начали разработку совершенно иных кораблей, которые будут использоваться всю следующую войну. Да, они будут в два раза дороже обычных. Но с уже активно работающим ульем на Хивекоре мы можем позволить себе увеличение стоимости. Когда основные производственные мощности — корпуса, броня, орудия и даже эфирные ядра — производятся рахни, цена перестаёт быть критическим фактором. Мы можем позволить себе строить дороже, если это даст преимущество в бою и сэкономит ресурсы после войны.

В чём же их особенность? В первую очередь — отсутствие возможности самостоятельных межзвёздных путешествий. Как бы я ни хотел обратного, актуальный уровень технологий просто не позволяет существование конкурентоспособного звёздного государства вне сети ретрансляторов. Сверхсветовые корабли остаются ограниченными в размерах, сложными в производстве и непомерно дорогими для массового флота. Поэтому новые корабли будут привязаны к сети. Это минус, но минус просчитанный и временный.

Во-вторых — большая грузоподъёмность. Если раньше наши боевые корабли представляли собой формой элегантное копьё — длинный вытянутый корпус, заточенный под единственное носовое орудие, — то теперь они больше похожи на огромные сосиски. Полезный объём таких кораблей увеличен в четыре раза.

Также если раньше на крейсерах в самых слабозащищённых местах она составляла от одного метра специальной многослойной брони, то на новых типах кораблей броня утолщилась втрое. А пересмотрев принципы планировки кораблей рахни, внутреннее устройство новых кораблей стало организовано так, что корабль теряет только поражённые выстрелом секции. Это даёт шанс кораблю уйти даже из-под самого жестокого обстрела.