С появлением же второй планеты экономические потоки между Аракешем и Нибусом спаялись в одну очень прочную структуру. Аракеш поставлял на Нибус модули небольших космических станций, уже как двадцать лет собираемых на орбитальных верфях. Взамен Нибус поставлял нам в огромных количествах дешёвую высокоточную электронику, производство которой запустили несколько Великих Домов, обосновавшихся там. Два мира, дополняющих друг друга, как две половины одного механизма. И мой Дом Аркеон был в центре этого механизма, контролируя ключевые транспортные узлы и орбитальные мощности.

А с открытием ретранслятора на Эйрене — ближайшей к столице планете — темпы экономического роста всех систем, связанных ретрансляторной сетью, выросли по экспоненте. И буквально два месяца назад Совет объявил новую систему Арунов доступной для свободного перемещения. Десять миллиардов новых граждан Доминиона. Десять миллиардов потребителей, которым нужно всё — от компьютеров и средств связи до сложной химии и реакторов. И кто будет поставлять им высокотехнологичные товары? Естественно, наши три системы, которые уже ломанулись поставлять свою продукцию на новый необъятный рынок.

Планета Арун — настоящий Клондайк, готовый пожирать товары в промышленных масштабах. И даже так всего, что успевают перевезти на имеющихся торговых кораблях, системе катастрофически мало. Ведь большинство «Тяжеловесов», специально спроектированных кораблей для межретрансляторных путешествий, было перенаправлено на перевозку военных и гражданских грузов в протекторат. Армия требовала снаряды, щиты, запчасти, продовольствие — и «Тяжеловесы» везли их, вместо того чтобы возить коммерческие товары.

И никто не мог дать новые корабли. До сих пор действовал запрет на производство частных межзвёздных космических кораблей. Ядра массы нужного качества и величины, производимые только в лабораториях Аэтриса, попросту не продавались на открытом рынке, доставляясь исключительно на военные и правительственные верфи. До недавнего времени никто и подумать не мог, чтобы космические верфи не были государственными. Космос был вотчиной Совета, а Дома довольствовались тем, что им позволяли.

Но недавно этот запрет был снят. И началась настоящая гонка.

Многие удивлялись, зачем мой Дом вкладывал так много средств в строительство космических верфей на орбите Аракеша. Ведь даже допусти Совет производство частных космических кораблей, частники никогда не смогут построить что-то сравнимое с «Тяжеловесом». А именно такие корабли в первую очередь нужны в торговле. До этого все грузовые суда строились на тех же правительственных верфях, где закладывались новейшие крейсера и фрегаты. Но с началом войны производство торговых судов остановилось полностью. Доминион нуждался в новых военных кораблях, которые можно отправить на фронт. Интересами Домов он заботился в последнюю очередь.

И образовался огромный спрос на ретрансляторные корабли. Который Дом Аркеон поспешил удовлетворить.

Да, наши новые корабли по вместительности в сотню раз меньше «Тяжеловесов». Но они необычайно дешевы. Мы экономили в производстве абсолютно на всём, лишь бы выпускать как можно больше кораблей. Использовали слабые ионные двигатели, чтобы разгонная установка занимала минимум места. Жилое пространство и экипаж свели к минимуму — три человека, не больше. Убрали ещё несколько ненужных систем, свели автономность такого корабля максимум до полутора месяцев. В итоге получили отличный стопятидесятиметровый корабль — «Атлант». Самое то, чтобы окупать себя через три года постоянной эксплуатации. А через три года он начнёт приносить чистую прибыль. И так — каждый борт.

Говорить ли, что уже сейчас очередь на наш «Атлант» составляет пять лет? Пять лет. И это при том, что мы закладываем по два корабля в месяц. Я уже думал о расширении верфей, но упирался в нехватку квалифицированных кадров. Аракеш давал лучших инженеров в Доминионе, но даже их не хватало, чтобы покрыть спрос. Война пожирала ресурсы, но она же открывала возможности. И мой Дом Аркеон намеревался использовать эти возможности по максимуму.

Интерлюдия: Начальник безопасности Эрнез Марлен. Межзвёздная исследовательская космическая станция.

— Я требую, чтобы меня допустили к исследованиям Церебрального Организма! Исследование обычных организмов нам ничего не даст!

Рейнвальд Ниллен, главный специалист всего Доминиона по изучению биологии Дара, уже который час допытывал меня с упорством, достойным лучшего применения. Он стоял посреди моего кабинета, сжав кулаки, и в его глазах горел тот самый огонь, который я видел у всех великих учёных — огонь одержимости, не признающей никаких преград.

— Все остальные существа — лишь обычные управляемые пешки, без центрального организма роя не умнее собак! — продолжал он, не давая мне вставить ни слова. — Но королева! Королева — это ключ ко всему! Если мы поймём, как она управляет роем, мы сможем... мы сможем...