Со вторым фрегатом, «Кайна Торн», ситуация оказалась противоположной. На той стороне их не ждали. Ретранслятор был пуст — ни одного корабля. Высадившись у станции и проникнув в комнату активации, штурмовая группа выяснила, что эта система связана только с двумя другими ретрансляторами: с системой Арун и с той самой, куда отправился «Дарриус Вэлл» и откуда уже не вернулся.

Лишь через три дня, когда «Кайна Торн» приблизилась к единственной планете в зоне жизни, стало ясно, почему система казалась пустой. На орбите прекрасного, голубовато-зелёного мира застыло пять кораблей рахни — обычных колонизаторских, таких же, какие мы уже десятками уничтожали здесь и у Аруна. Они висели над планетой, как сторожевая застава, и, завидев фрегат, немедленно открыли огонь. «Кайна Торн» расстреляла их без особого труда. Но снимки орбиты, сделанные перед боем, заставили меня похолодеть.

На поверхность планеты уже спустилось свыше трёх сотен колонизаторских кораблей рахни. Три сотни. Только на видимой стороне планеты насчитывалось около двадцати крупных муравейников. Двадцать ульев, каждый из которых, вероятно, уже разросся вглубь на сотни метров. А что творится на обратной стороне, под землёй, в глубинах коры — даже страшно представить.

Я вспомнил систему Арун. Здесь пятьдесят кораблей первой волны смогли за два месяца вырыть огромнейшую сеть пещер, глубина которой в некоторых местах достигала трёхсот метров. И это под постоянными атаками арунов, с применением стратегических ядерных боеприпасов, с отчаянными штурмами, где солдаты шли волна за волной. А там, в системе AR-R-03, им никто не мешал. Никто не бомбил их с орбиты. Никто не взрывал ядерные заряды над их ульями. Никто не спускался в тоннели с огнемётами и гранатами. Они просто закрепились и росли. Месяцами. Возможно — годами.

Расстреляв орбитальных защитников, «Кайна Торн» успешно вернулась в систему Арун с полным пакетом данных. Я просмотрел их и передал господину Норрису. Дальнейшие решения должен принять Совет. Одно дело — защищать протекторат от колонизаторов. Другое — штурмовать планету, на которой рахни уже построили полноценную крепость. Это не война. Это вторжение. И такие решения не принимаются на мостике крейсера. Даже такого, как «Предприимчивый».

***

Новости о произошедшей битве дошли до меня сразу же, как поступил сигнал об активации ретранслятора. Я в тот момент находился на заседании местного аналога ООН в качестве наблюдателя от Доминиона Айтерри. Весь вид арунов обсуждал результаты объединения в единую политическую структуру и темпы постройки заводов по производству высокоточной электроники, которая в будущем пойдёт на строительство космических кораблей.

Да, мы собирались поднять технологический уровень этого вида до нашего. Не из альтруизма, разумеется — из холодного расчёта. Миллиарды рабочих рук, которые будут производить почти всю номенклатуру деталей для космических кораблей, от элементов обшивки и электроники до компонентов двигателей, — это ресурс, сравнимый по ценности с эфиром. В ближайшие пять лет даже планируется создание орбитальной верфи, на которой будут строиться новые, преимущественно торговые космические корабли. И строить их будут аруны. Под нашим контролем, по нашим чертежам, но своими руками.

Не глупо ли поднимать целую цивилизацию, просто так отдавая им технологии? Некоторые в Совете задавали этот вопрос. Ответ прост: глупо будет не воспользоваться такими экономическими ресурсами. Но делать это нужно с умом.

У меня перед глазами было достаточно примеров из земной истории, чтобы не повторять чужих ошибок. Можно было бы действовать как британские колонизаторы в Индии — выкачивать ресурсы, давая технологии по завышенным ценам, полностью поглотив экономику вида и оставив арунам лишь видимость самостоятельности. Можно было бы пойти ещё дальше и вести себя как британские колонизаторы в Америке — выжимать всё до последнего, не давая ничего взамен, пока местные не начнут сбрасывать тюки с чаем в гавань. В краткосрочной перспективе это принесло бы колоссальные прибыли. Главными владельцами всех новых заводов, верфей и производств стали бы айтерри, а арунам достались бы лишь крохи — процентов двадцать, может, сорок от общего объёма экономики. Они и на это были бы благодарны, учитывая, что альтернативой было полное уничтожение.

Но в долгосрочной перспективе такая политика вызовет только напряжённость, которая рано или поздно выльется в неприятные восстания. Аруны — не ящеры с их поклонением богам. У них есть промышленность, наука, ядерное оружие. Они упрямы и организованны. Если они почувствуют, что их превращают в колонию, — рано или поздно начнут сопротивляться. И тогда нам придётся либо подавлять восстание на планете с десятимиллиардным населением, либо уйти, потеряв все вложения.

Хватит с них того, что они никогда не смогут быть равными не то что с Вечными, но даже с Благословленными. Дар — это не социальный конструкт, это биология. Его не даруют и не отнимают. Аруны навсегда останутся Смертными в иерархии Доминиона, и этот потолок будет давить на них поколение за поколением. Если сверху ещё и экономический гнёт добавить — взрыв неизбежен.