Первая и самая большая — в системе Аркареш, одной из тех, где мы самостоятельно активировали ретрансляторы. Именно там построили два из трёх имеющихся у нас крейсеров, а также более полусотни грузовых кораблей класса «Тяжеловес» — шестисотметровых контейнеровозов, предназначенных для перевозки грузов между системами, соединёнными сетью. Изначально их задача была проста: возить товары между двумя системами. Теперь же именно эти корабли, в основном, доставляли наши армии и сопутствующие грузы в систему Арун. Не на военных фрегатах или крейсерах же перевозить пехоту и боеприпасы?
Вторая верфь — на орбите Эйрены, нашей самой первой колонии. За сто пятьдесят лет она развилась достаточно, чтобы самостоятельно производить почти все основные комплектующие для космической отрасли. Не ядра — их по-прежнему везут с Аэтриса, — но корпуса, двигательные установки, системы жизнеобеспечения, щиты. Эйрена стала нашим вторым промышленным центром, и её значение росло с каждым десятилетием.
Ну и главная верфь, а заодно и целый космический институт по проектированию всех кораблей Доминиона, находится на дальней орбите Аэтры — там, где гравитационное поле звезды уже достаточно слабое, чтобы не влиять на проводимые эксперименты. Идеальное место для Института перспективного кораблестроения. Именно здесь рождались все наши прорывы — от «Миража» до новейших фрегатов.
Именно сюда, на главную верфь Доминиона, я и прибыл для получения отчёта о результатах исследований тех кораблей рахни, что удалось захватить. Естественно, в родную систему Айтерри никто жуков не доставлял — это было бы безумием. Их исследования велись на внесистемной станции, расположенной в одном световом месяце от столичного мира — достаточно далеко, чтобы в случае утечки ничего не долетело до Аэтриса, и достаточно близко, чтобы поддерживать регулярное сообщение. А вот образцы их оружия, кстати выполненного без единой биологической части, тщательно очищались, проходили многоступенчатую деконтаминацию и только потом доставлялись в Институт перспективного кораблестроения.
На выходе из внутрисистемного челнока меня уже торжественно встречали. Глава конструкторского отдела Ваэлис Старк — высокий, сутулый Благословленный с вечно прищуренным взглядом, в котором читался острый ум и полное отсутствие интереса к чему-либо, кроме кораблей. Начальник верфи Талвис Корвус — коренастый, с мощными руками, больше похожий на заводского мастера, чем на администратора. И начальник службы безопасности станции Альтаир Мортек — подтянутый, с военной выправкой и холодным взглядом, который сканировал пространство вокруг меня даже сейчас, в самом сердце нашей обороны. А также множество репортёров, которые в будущем будут освещать мой визит на станцию во всех новостных каналах Доминиона.
Всё-таки сейчас в обществе заметный рост милитаристических настроений. Для всего Доминиона мы не ввязались в войну с видом, превосходящим нас и в количестве кораблей, и в технологиях. Для всех мы доблестно защитили другой инопланетный вид, находившийся на грани вымирания. Героическая история, идеально ложащаяся на пропагандистские нужды. В новостях сейчас без перерывов крутят записи нашего боя у ретранслятора Арун — тот самый момент, когда корабли рахни, не выдержав огня, начали отступать. СМИ превозносят это как доказательство превосходства Доминиона над любой угрозой и уже вовсю пророчат нам власть над всей галактикой. Будто в галактике не сто миллиардов звёзд, а всего лишь полтора десятка систем, что сейчас под нашим контролем.
Основные мероприятия прошли всего за один день. Пресс-конференция перед репортёрами — чтобы ещё раз озвучить тщательно отрепетированные прогнозы на будущую войну и заверить общественность, что Доминион готов к любым угрозам. Участие в научном конгрессе, посвящённом развитию космической промышленности, — где я выслушал десяток докладов о новых сплавах, улучшенных эфирных ядрах и перспективных двигательных установках. И, самое интересное, — закладка на наших верфях первой оборонительной орбитальной станции класса «Бог Войны».
Грубо говоря, это даже не станция. Это настоящий трёхкилометровый боевой космический корабль, оборудованный масс-орудием, проходящим через весь корпус. Оно разгоняет двадцатикилограммовый вольфрамовый снаряд до половины процента скорости света — достижение, которое ещё десять лет назад казалось теоретической фантастикой. Энергия одного выстрела составляет двадцать три тераджоуля — это энергия тактической ядерной бомбы, сконцентрированная в одной точке. А наш будущий «Бог Войны» сможет бесперебойно выдавать по двадцать таких снарядов в секунду. Двадцать ядерных ударов в секунду. По любой цели в пределах досягаемости.