Кагами читал его тремя вращающимися томое, читал каждый мускул, каждый намёк на движение раньше самого движения, — и всё равно уходил не без труда, потому что Бьющий прилив не оставлял тех пауз, в которые обычно вклинивается защита. Обычного джонина, не готового к такому, эта связка изрешетила бы. А то и покалечила.

Кагами вывернулся из-под последнего разреза на волос — и увидел, как мальчишка, не давая ему выдохнуть, снова опадает в текучую стойку третьего ката, готовый пустить Текучий танец по новой дуге.

Отскок в сторону был единственным способом разорвать этот поток — и именно на него всё и было рассчитано.

Нога Кагами задела почти невидимую нить. Стальная леска, растянутая заранее, тонко зазвенела, и он понял всё за то мгновение, что ему оставили. Короткая серия печатей от Рейки — и по натянутой леске, шипя, побежал огонь. Катон: Драконье пламя, ранга С, ещё одна её свежая техника, устремилось прямо к нему по стальной струне.

Хорошо, — подумал Кагами, и уголок его губ дрогнул. — Ловушка, загон, огонь по проводке. Втроём. Хорошо.

Шуншин.

Он ушёл чисто и бесшумно, растворившись прежде, чем пламя добежало до цели, — и вынырнул в стороне прямо в тень чего-то огромного.

Над ним нависал трёхглавый волк.

Чёрно-белый, с шерстью в масть обоим нинкенам, вымахавший в добрых два с половиной метра в холке, — Такеши слился со своими зверями в одно чудовище, в звериное соединение, которое Кагами видел у мальчишки впервые в полную силу. Техника выпивала его и обоих псов почти досуха, Кагами чувствовал это по тому, как просела их чакра, — но результат того стоил. Три пасти, шесть глаз, одна воля.

А потом волк свернулся в вихрь.

Волчий клык — гигантская, чудовищная Гатсуга о трёх головах — взревел и понёсся на Кагами вращающейся смертью, вспарывая землю. Он ушёл новой подменой, вынырнул левее — и увидел, что смерч уже доворачивает обратно, наводясь на него снова, не теряя цели.

И в этот самый миг с двух сторон пришло остальное.

Слева, обгоняя волка, катился Великий огненный шар Рейки — широкий и жаркий, отрезающий путь к отступлению. А справа Кенджи, так и не сблизившись вплотную, вдруг выбросил кулак в пустоту — в добром десятке шагов от цели. Кулак не искал плоти. Узорчатый удар, дробящий плиты: вся тяжесть рыбьего боевого искусства ушла не в тело врага, а в саму влагу, разлитую в воздухе, и та понесла её вперёд — не тонким остриём, а широкой расходящейся ударной волной, что должна была смять Кагами с чуть заметным запозданием, как гром доходит после близкой молнии.

Огонь слева. Кулак справа. Волчий вихрь сзади. Клинок и печати, зверь и пламя — сплетённые в одну согласованную волну, накрывающую его со всех сторон разом.

Кагами улыбнулся по-настоящему — редко когда он позволял себе это в бою.

Прекрасно.

Он ещё не решил, как будет выбираться из этого узла, — и уже знал, что выберется, конечно же, выберется, они пока не доросли, чтобы взять его всерьёз. Но дело было не в этом. Дело было в том, как они сомкнулись — трое разных, трое своенравных детей, — в единый удар, не оставляющий врагу воздуха.

Они смогут пережить то, что идёт, — подумал Кагами, встречая накатывающую со всех сторон бурю с тихой, тёплой уверенностью человека, увидевшего наконец плоды долгого труда. — Смогут.

А это, если по правде, было единственным, чего он для них по-настоящему хотел.

Глава 22. Граница

Кабинет распределения. Тесное помещение, заставленное стеллажами со свитками, узкое окно, за конторкой — усталый чуунин, который выдавал миссии с видом человека, давно переставшего вникать в их содержание. Кагами подошёл к конторке, обменялся парой слов, взял свиток. Развернул, пробежал глазами, кивнул сам себе.

Патруль ранга Б. Граница со Скрытым Облаком — не вдоль самой линии, а чуть в глубине наших территорий, там, где чужие лазутчики просачиваются охотнее всего.

Кагами свернул свиток, повернулся к нам и просто кивнул на выход. Мы поняли без слов и вышли следом.

Через час, как заведено, мы уже стояли у ворот Конохи. Кагами провёл короткий брифинг.

— Патруль вдоль границы с Облаком, — сказал он ровно. — Велика вероятность наткнуться на вражеский отряд: уровень от чуунина до джонина. Никого, кто требовал бы особого внимания, сейчас вглубь наших территорий не пошлют. — Он помолчал. — Вчерашний спарринг был тестом. Вы его прошли. Сейчас вам, как команде, не страшен никто ниже джонина. От большинства джонинов вы отобьётесь, часть сумеете и убить. Эти миссии — ваш шанс подготовиться к тому, что идёт.

Он оглядел нас.

— Ни для кого не секрет, что грядёт война. — Взгляд остановился на Такеши, потом на Рейко. — Вас давно должны были предупредить кланы. — Потом на мне. — А тебя — твой отец. Он участвовал едва ли не во всех допросах пойманных чужих ниндзя.

Я ничего не ответил. Отец и правда в последние месяцы возвращался иначе, чем прежде, и я давно сложил из этого молчания цельную картину.