— Ноа, ты знаешь, я люблю тебя, но ты слишком добрый. Ты позволяешь женщинам вытирать о тебя ноги, и это причиняет тебе боль. С каждой девушкой, с которой ты встречался, ты всегда ставил ее потребности выше своих, как будто твои не имеют значения. Но они имеют значение. Любая женщина, которая стоит твоего времени, будет это знать. Она будет относиться к тебе как к партнеру, а не как к слуге.

Не стоило рассказывать Ви обо всех поручениях, которые Наоми заставляла меня для нее выполнять. Заезжать к ней домой между сменами, чтобы выгулять собаку и полить цветы, покупать ей кофе по дороге на работу и возвращать, если он не соответствовал ее точным спецификациям, отвозить ее белье в химчистку и передавать список требований о том, как они должны выполнять свою работу с ее одеждой. Черт, даже убирать весь ее дом перед визитом родителей на выходные. Сейчас, оглядываясь назад, требования Наоми были... чрезмерными. Хуже того, это были не услуги — это были ожидания.

Ви права насчет одного: я не умею вовремя остановиться. Не умею определить, где проходит черта.

Очевидно, я все еще не усвоил урок, потому что когда Саммер призналась, что хочет, чтобы за ней следили, моим первым побуждением было дать ей то, что она хочет. Снова вломиться в ее квартиру, изучить книги на ее полке и воплотить каждую фантазию в жизнь.

Так что, возможно, Ви не права. Возможно, ставить потребности женщины выше своих — делать все, чтобы дать ей то, чего она желает, — это именно то, как я заполучу женщину, которую хочу.

Наконец, Ви следует за Аресом внутрь. Хлопок открываемых папой бутылок с пивом дразнит меня.

Когда мы с Килианом следуем за ними, он сжимает мое плечо и наклоняется, чтобы прошептать мне на ухо:

— Арес что-то говорил о взломе?

Глава 5

САММЕР

— Ты пытаешься меня убить? — Я сгибаюсь пополам, задыхаясь.

Рядом со мной мать игнорирует меня, осматривая бескрайний пейзаж зеленых холмов и верхушек деревьев с горной гряды.

— Посмотри на этот вид!

В шестьдесят три года моя мать в гораздо лучшей форме, чем я когда-либо была. Она низкая и коренастая, ее икры, должно быть, сделаны из стали, потому что она ни разу не сбавила шаг во время нашей пятимильной прогулки.

Тем временем мои легкие сжались и хватают воздух, икры горят так, будто их поджигают изнутри, а сердце вот-вот взорвется. По крайней мере, если я умру на этом холме, моя мать-тяжелоатлетка сможет донести мое тело до похоронного бюро.

За те несколько раз в году, когда она заезжает в Мэн из своих кругосветных приключений, она всегда заставляет меня потеть. Походы, велосипедные прогулки, скалолазание. Пилатес, йога, барре. Однажды она заставила меня бегать с ней, когда на земле лежал снег. Снег.

Четыре года назад моя мать решила выйти на досрочную пенсию. Теперь она живет на пособие по потере кормильца, пенсионные накопления и внушительный доход, который она получает как блогер-путешественник. Благодаря своему возрасту и заразительной личности, ее платформа практически взорвалась за одну ночь, вдохновляя женщин по всему миру путешествовать.

К сожалению, как сертифицированная домоседка, вновь обретенная страсть моей матери к приключениям в конечном итоге обернулась против меня.

— Ты находишь время для отношений? — Ее седеющие брови хмурятся с беспокойством, пока она ведет путь, походные ботинки хрустят по веткам и листьям. Она полностью приняла свою седину и морщины и с достоинством носит каждую из них.

— Что это вообще значит? — выдыхаю я. Как она может проходить мили и не задыхаться?

— Ты ходишь куда-то, знакомишься с людьми? Ты пользуешься приложениями для знакомств?

Вообще-то, на днях я познакомилась с мужчиной. Он вломился в мою квартиру, и я угрожала ему ножом, но у нас был отличный разговор, и он был невероятно горяч, даже с перегаром и, возможно, с засохшей блевотиной на рубашке.

Я определенно не буду рассказывать матери о Ноа и о том, как очаровательно он выглядел, мирно посапывая на моем диване, или как он появился на следующее утро с чистящими средствами, или как я поймала его изучающий взгляд своих пронзительно-голубых глаз, от которого мне хотелось растаять.

Если я хочу ужаснуть свою мать и отправить ее в преждевременную могилу прямо здесь, на этой горе, то это верный способ.

Кроме того, что бы он ни говорил той ночью, Ноа, очевидно, все еще не может забыть свою бывшую. Зачем еще напиваться до такой степени, чтобы вломиться в квартиру незнакомки? Его бывшая, наверное, какая-нибудь потрясающая модель, его школьная любовь, и завтра она одумается. Они снова сойдутся, и он забудет обо мне. Я буду всего лишь забавным анекдотом на их романтическом пути друг к другу, о котором они будут смеяться во время свадебных тостов.

Где же взять ингалятор, когда он так нужен? Я уже должна была знать, что не смогу угнаться за матерью даже в ее разминке.

— Я счастлива быть одна, мам.

Она не из тех стереотипных матерей, которые давят на дочь, требуя замужества и материнства, но она стереотипно любопытна и чрезмерно озабочена моей личной жизнью. Я была на достаточном количестве свиданий с мужчинами — пусть и поддельных — чтобы знать, чего я не упускаю.