Ридж и Нив пристально смотрят на свои ложки, словно в них заключены секреты вселенной. Чед, моя новая тень, стоит в нескольких футах позади моего стула, совершенно неподвижно, его присутствие тихо, но его невозможно игнорировать. У нас не было особой возможности поговорить с тех пор, как его выпустили.

«Мой брат пропал», — прорезает тихий лязг столовой теперь уже слишком знакомый бархатный голос.

К нашему столу направляется Дейн, его высокий рост отбрасывает длинную тень через стол. Его челюсти сжаты, как гранит, под острыми углами скул, и его глаза — те древние, янтарные глаза — впиваются в Эсми с таким пылающим интенсивом, что воздух между ними, кажется, колышется от жара.

Голова Риджа дёргается вверх. Нив хмурится. «Пропал? То есть… как? Он потерялся?»

«То есть он исчез с охраняемой территории без следа посреди ночи», — уточняет Дейн, его голос резок.

Эсми не поднимает взгляда, едва моргает. Её вилка тихо скребётся по тарелке, звук, который действует мне на нервы.

Я смотрю на человека-дракона, который, согласно Хелене, может держать ключ к концу всего этого безумия… Пропал? Как может пропасть взрослый дракон? Разве что он просто решил уйти. Наши границы сейчас сильнее, чем вчера, после «почти-смертельного-опыта» Эсми, но чистая драконья магия всё ещё могла бы найти способ прорваться, раз наша защита не полностью восстановлена.

«Вы проверили крышу?» — спрашиваю я, потому что кто-то должен что-то сказать. «Может, он полетел полетать».

Взгляд Дейна скользит ко мне на долю секунды, такое полное пренебрежение, что это почти впечатляет. Затем он снова смотрит на Эсми. «Для него было бы необычно уйти без слова. Не сейчас». Он делает шаг ближе к нашему столу, его присутствие искажает воздух вокруг нас. «Эсми. Ты видела что-нибудь?»

Он спрашивает её, будто она какая-то магическая камера наблюдения. Что, учитывая её состояние, возможно, не совсем неточно. Она теперь связана с этим местом таким образом, от которого у меня мурашки по коже. Может, она и вправду что-то видела.

Без предупреждения Эсми встаёт, ножки стула скрипят по камню. «Мне нужно… подготовиться», — говорит она тихим голосом. Она делает шаг в сторону, прежде чем раствориться в тенях у выхода. Приготовления ко второму испытанию.

Я наблюдаю, как лицо Дейна твердеет, и жду неизбежного момента, когда он пойдёт за ней следом. Но вместо этого его внимание переключается на меня. «Я бы хотел поговорить», — говорит он, его янтарные глаза сужаются.

Ридж и Нив быстро удаляются, раз у них всё равно патруль, а Чед придвигается ближе к моему стулу.

Взгляд Дейна скользит к Чаду. Это не словесная команда, но её тяжесть неоспорима. \Уединение\.

Челюсти Чада сжимаются. Он смотрит на меня с вопросом, молчаливым запросом, хочу ли я, чтобы он остался. Я делаю лёгкий отрицательный кивок. Неохотно он отходит, но недалеко. Он перемещается в зону отдыха у главного выхода, располагаясь спиной к колонне, хватает книгу, которую не собирается читать. Он всё ещё наблюдает.

Теперь за столом с холодной овсянкой остались только я и король-дракон. Хорошо. Я тоже хотела найти момент поговорить с ним.

Он скорее нависает, чем садится. «Твоя прародительница, — говорит он, его голос — низкая команда. — Хелена. Мне нужны её точные слова. Всё, что ты слышала. Дословно».

Он уже уловил суть в зале совета, но я вижу потребность в точности, высеченную в его чертах. Детали важны. Особенно магические.

Я делаю вдох, закрывая на секунду глаза, чтобы вспомнить статичный, отчаянный визг её голоса в моей голове. ««Ритуал должен быть завершён», — цитирую я. Потому что, видимо, теперь я — официальный посыльный неловких сверхъестественных предложений. — «Плоть к плоти… душа к душе. Свет и тьма… должны соединиться… полностью. Дракон и темнокров… станут одним. Ни колебаний. Ни сомнений. Нет другого пути, Эсми!» Я открываю глаза и поправляю очки средним пальцем, не совсем случайно.

«Итак, — говорю я, наклоняясь вперёд. — Позволь мне пояснить. Тебе нужно трахнуть мою сестру».

Уголок его рта дёргается в странной микро-судороге. Не улыбка — скорее его лицо кратковременно дало сбой. Но, возможно, это драконий эквивалент катания по полу от смеха. Он уже тоже это понял. Либо секс, либо Эсми ждёт испытание, которое может либо убить её, либо выпустить ядерную бомбу тьмы, которую мы даже не знаем, как контролировать. Вот это я понимаю — между молотом и наковальней.

«Слушай, ты драконья знать, — продолжаю я, понижая голос до конспирационного уровня. — Разве у вас, парней, нет, типа, специальных приёмов для этого? Волшебных феромонов? Древних ритуалов соблазнения? Я что-то читала о них. Та странная штука, когда вы дышите на золото, чтобы оно заблестело, а потом дарите его в подарок?»