И рядом с ней мне… почему-то было тепло. Как будто я возвращался домой, которого у меня больше нет. Как будто я чувствовал то, что давно забыл.

Я лег на подобие кровати — тюк, набитый сеном, накрытый грубой тканью, — и закрыл глаза.

Надо быть полным идиотом, чтобы полюбить снова.

В Милану я влюбился ребенком. Это простительно. Непростительно — что так долго не замечал очевидного, отказывался увидеть ее не глазами влюбленного мальчишки, а взглядом рассудительного взрослого мужчины.

Но сейчас я уже точно не тот. Я другой. И мысль о любви мне в целом… неприятна.

Тогда почему перед глазами стоит эта зеленоглазая берегиня?

И почему… черт… почему я улыбаюсь?

Я ворочался около часа. Пытался думать о службе, но то и дело возвращался к ее голосу, к ее смеху, к тому, как она смотрела на меня, когда я ловил осу.

В конце концов я остановился на мысли: завтра пойду к ней снова.

Просто отблагодарю за ужин. Крышу починю. Или дров нарублю. В общем, сделаю то, что она скажет. Просто отблагодарю — и все.

Но от мысли, что завтра я снова увижу ее, на губы так и возвращалась дурацкая улыбка. В груди разливалось какое-то непонятное, щемящее тепло. Наверное, я просто устал.

Я закрыл глаза и провалился в сон — с воспоминанием о ее песне, звучащей в голове. О том, как она стояла в лучах заката, с золотыми волосами и зелеными глазами, и улыбалась мне.

Дорогие читатели в июле я завершаю данную книгу. Расставаться всегда грустно, но как всегда я не прощаюсь с вами, а зову в путешествия в новые истории:

И приглашаю всех ценителей историй о генералах-драконах, сильных, но в тоже время добрых и любящих геронь, в мою новую книгу!

Большая тайна генерала-дракона

16+

«Ты толстая, старая и бесплодная! Для таких, как ты, чудес не бывает». Это были последние слова моего мужа перед тем, как он подал на развод. Но он ошибался: чудо со мной случилось. Я попала в другой мир, где должна сыграть роль молодой леди с осиной талией. И если генерал-дракон по истечении выходных сделает мне предложение, то эта самая леди излечит моё бесплодие и вернёт меня в мой мир. Вот только его сын меня ненавидит, строит козни и вовсю пытается от меня избавиться. Сам герцог не показывается мне на глаза, а мой гардероб трещит по швам… Ведь почему-то иллюзорная магия в этом доме тает, и ещё немного — и я явлю герцогу свой большой секрет.

Что ж… Если не получится очаровать герцога точеной фигурой, придётся придумывать что-то другое… В конце концов, я доктор. А герцог прячется не просто так. И его секрет намного больше моего.

ЧИТАТЬ:

Глава 29.11

Данияр

Я пришел к Елене рано утром. И каково же было мое удивление, когда я понял, что я не один.

Мою поленницу, сложенную вчера ровными брусьями, разбирал какой-то мужик. Он перетаскивал все в сарай, а я… я почувствовал внутри неприятный холодок. Словно кто-то прикоснулся к тому, что принадлежит… мне. Тронул мое.

Даже дракон внутри взревел, будто я имел полное право злиться из-за этой поленницы.

Из дома вышла Елена, и я… я притаился. Кажется, я окончательно превратился в мальчишку, но так и не решился выйти из-за дерева. Я хотел… посмотреть.

— Сложно бабоньке одной, — сказал незнакомец. — Вот… и дрова бы пропали.

— Их только вчера нарубили, они бы не пропали, — сухо ответила Елена.

От ее равнодушного тона внутри разлилось какое-то странное удовлетворение.

— Лелька, ну что ты… Понимаешь же, о чем я говорю. Мы с тобой с детства в одной деревне живем, а ты все нос воротишь. Так и помрешь старой девой.

Елена скривилась. Удивительно: вчера я весь день видел ее доброй, пусть и немного уставшей, а сегодня… Впервые я заметил на ее лице недовольство. Она нахмурила нос, и это выглядело почти забавно.

— Вот же… тварь! — закричал мужик и принялся колотить палкой по траве.

— Не надо, Николя! Пожалуйста! Это всего лишь паук! Не надо! — закричала Елена, пока он лупил по земле.

— Убежал, — услышал я голос Лены, полный облегчения. А вот мужик… он некрасиво выругался прямо при ней.

— Вот коли меня б не было — кто бы тебя защитил? Тварь эта мелкая… ядовитая!

Я все же вышел из укрытия. Мужик заметил меня первым и тут же замолк.

— Доброе утро, — сказал я.

Елена была так занята поисками паука в траве, что не заметила меня сразу. Но когда наши взгляды встретились, ее лицо тронула легкая, едва заметная улыбка. Впрочем, в глазах у нее все еще стояла грусть.

— Доброе утро, господин Дракон, — тихо произнесла она.

— Доброе утро, Леля, — ответил я, чувствуя, как ее имя отдается теплом где-то в груди. Я впервые назвал ее так, и мне было как-то удивительно спокойно от этого.

— Господин дракон, доброго вам утречка. Коли случилось чего? — спросил меня Николя. — Раненько вы.