— Сайлас, пожалуйста, ты мне нужен, — отчаянно стонет она, пока я играю с ней в «только на полшишечки».

Я проталкиваюсь чуть глубже — головка входит не до конца — и она сжимается вокруг меня, засасывая внутрь. Хоть эта игра и должна была ее дразнить, но она убивает, блядь, меня самого. Я чувствую, какая она горячая, узкая и мокрая, и больше не могу сдерживаться. Я отчаянно хочу отдать ей свою девственность.

Словно читая мои мысли — а я уверен, что она это умеет — она проводит руками по моим предплечьям, прожигая меня взглядом.

— Дай мне его, Сайлас. Я буду его беречь.

С этими словами я погружаюсь в самую ее душу.

АЙРИС

Ощущение того, как Сайлас входит в меня, заставляет весь мой мир вращаться вокруг своей оси; зрение затуманивается от обжигающего удовольствия, которое растекается по венам, а нервные окончания искрят электричеством. В момент нашего соединения я почувствовала, как выковывается связь между нашими душами; да, звучит глупо, но говорят, что две половинки одной души всегда найдут путь друг к другу, и я знаю, что нашла свою. На глазах наворачиваются слезы, и Сайлас замирает внутри меня, обеспокоенно склонив голову набок.

— Я... сделал тебе больно?

— Нет. Боже, нет. Я просто... — Мои слова обрываются, когда смущение затапливает меня с головой.

В ответ на мое молчание он опускается ко мне, обвивая мои ноги сильными руками и притягивая меня к себе так близко, как только возможно.

— Поговори со... мной, малышка. Я хочу... чтобы тебе... было хорошо.

От его слов мое сердце разрывается пополам. Этот брутальный мужчина, который никогда в жизни не видел ни любви, ни тепла ни от кого, заботится обо мне.

— Мне совершенно не больно; на самом деле, я чувствую себя более живой, чем когда-либо в своей жизни. Мой мозг твердит мне, что это неправильно, что мы неправильные, но пошел он на хер — в этот раз побеждает мое сердце.

Слова льются из меня потоком, и то смущение, что я чувствовала секунду назад, мгновенно испаряется. Я слышу, как Сайлас тихонько усмехается под маской, прежде чем заговорить.

— А я уж было подумал... что ты готова... сдаться и отказаться от меня. — Он делает паузу, давая голосу передышку, прежде чем продолжить; его член слегка пульсирует внутри меня. — И это в тот момент, когда я по самые яйца... в твоей тугой киске.

Смешок вырывается с моих губ от его слов; я притягиваю его лицо к своему, целую маску, а затем шепчу ему на ухо — кончики его волос щекочут мне щеку:

— Ни за что; а теперь выеби меня так, словно ты правда этого хочешь.

Моя команда, кажется, доводит его до безумия: он оттягивает бедра назад, почти полностью вытаскивая член, а затем с силой вбивается обратно в меня. Каждая металлическая штанга скребет по моим внутренним стенкам, заставляя мои глаза закатываться так, словно в меня вселился бес. Я обвиваю его талию ногами, выгибая спину дугой над пледами, пока он вколачивается в меня, разрывая меня напополам.

Его глубокий, хриплый голос окутывает меня, когда он на мгновение замедляет толчки.

— Будь моей хорошей... девочкой, и закрой... глаза.

Я мгновенно подчиняюсь и крепко зажмуриваюсь, чувствуя, как он приподнимается надо мной. Я все еще вижу отблески огня сквозь закрытые веки, пока все не погружается во тьму; в нос тут же ударяет насыщенный запах кожи, и в этот момент я понимаю, что на мне его маска.

— Боже, ты так... охуенно выглядишь в моей маске.

От его похвалы в животе закручивается дикий водоворот, подхватывая мои внутренние органы в этот шторм. Когда я открываю глаза, я могу лишь различить его силуэт: мужественные черты лица, копну черных волос, небрежно спадающих на брови. Он такой, блядь, красивый.

Почти сразу же Сайлас возвращается к своему зверскому темпу; его руки впиваются мне в бедра — наверняка оставят синяки, — а его горячий рот накрывает мою грудь. Я притягиваю его ближе, отчаянно желая, чтобы он был еще ближе, и провожу ногтями по его широкой спине, вырывая у него шипение. От этой боли он начинает трахать меня так жестко, что мой мозг, наверное, болтается в черепе. В перерывах между влажными поцелуями и острыми укусами Сайлас шепчет мне в кожу:

— Я собираюсь... раскрасить твои ебаные внутренности... своей спермой.

Я мысленно благодарю саму себя за то, что пару лет назад сделала противозачаточный укол. Одна лишь мысль о том, что сперма Сайласа будет вытекать из моей киски кремовым пирогом, заставляет меня сжаться вокруг него; оргазм сносит меня, как разрушительный шар.

— Блядь. Блядь. Блядь. — Я второю в ритм его толчкам; влажная плоть с громкими шлепками бьется о плоть.

— Вот так... малышка, выдои меня... досуха. — Он рычит мне в кожу; его зубы смыкаются на моем соске, язык играет с пирсингом, и я разлетаюсь на тысячу сверкающих осколков, когда мы кончаем вместе.