Поездка оказывается недолгой: солнце опускается за горизонт, и небо затягивает темной массой облаков. Не включая фары, я щурюсь сквозь очки, чтобы не упускать Айрис из виду, пока следую за ней к ее дому. Вспыхивает оранжевый поворотник, указывая, что она сворачивает на гравийную дорогу. Я держу дистанцию на пустой трассе, позволяя ей повернуть и проехать по длинной подъездной дорожке, прежде чем решаю заехать сам. Сейчас не время ее пугать, по крайней мере, пока.

Медленно перекатываясь по рыхлому гравию и стараясь свести шум к минимуму, я паркуюсь у кромки деревьев прямо перед ее домом и глушу двигатель. Пригнув голову, я наблюдаю, как Айрис выходит из машины, смотрит вверх — на то, что, как я полагаю, является окном ее спальни — а затем поднимается по ступенькам и врывается в свой дом. Ее поведение меня озадачивает: это ведь ее дом, так? Зачем так вламываться внутрь? Ее что-то напугало?

Сейчас было бы идеальное время установить внутри камеры, чтобы постоянно присматривать за ней. Уверен, я бы нашел способ взломать ее ноутбук. Моя дневная работа в компьютерном магазине и правда иногда приносит свои плоды, помимо бесплатных бургеров на ужин. Интересно, чем она там занимается? Принимает душ? Горячая мыльная вода каскадом стекает по ее идеальному телу, собирается вокруг ее юной киски, а затем струится по ее полным бедрам. Темные, извращенные образы Айрис затуманивают мой разум: как она борется за свою жизнь, пока я наматываю металлический провод ей на шею и втаптываю ее в грязь, как ее кожа лопается, словно воздушный шарик, заливая нас обоих кровью.

Сунув руку в передний карман, я достаю телефон и открываю защищенный сервер, чтобы найти свою коллекцию снафф-видео — от групповух до роликов с совсем молоденькими. Мой большой палец прокручивает экран, пока я расстегиваю джинсы и вываливаю наружу свой полувставший член. В нос тут же бьет кислый запах, похожий на протухшие яйца, оставленные на летней жаре. Я вдыхаю аромат собственных гениталий, медленно оттягивая красную кожу; под крайней плотью скопились белые комки, похожие на творог. Проведя большим пальцем по головке, я использую эти терпкие соки в качестве смазки.

Остановившись на списке видео, я выбираю одно из своих любимых. Загрузка занимает пару секунд, но как только видео открывается, я перетаскиваю ползунок на самый лучший момент. Тихие стоны и кряхтение доносятся из маленького динамика телефона: двое здоровенных мужиков с силой вколачивают свои бедра в миниатюрную татуированную женщину с распущенными черными волосами. Моя Айрис. Женщина связана, во рту кляп; грубая веревка впивается в уголки ее губ, зубы лязгают друг о друга, пока они вдвоем долбят ее в зияющую задницу и киску. Черные ручейки туши растекаются по ее лицу, полностью заливая ей глаза.

Я надрачиваю свой член жестче и быстрее под звуки ее криков; боль и страх пронизывают ее хрупкое тело. Белая липкая субстанция, скопившаяся вокруг головки, комками собирается между моими пальцами, добавляя еще один слой влаги. Поднося телефон ближе к лицу, я завороженно наблюдаю за происходящим, мысленно фиксируя все детали видео: от того, как мужчины связали женщину — ее запястья и лодыжки туго стянуты вместе, выкручивая тело в позу эмбриона — до комнаты, в которой ее держат. Судя по тому, что я вижу, это похоже на темный подвал с единственной металлической кроватью в центре и качающейся лампочкой под потолком. Уверен, я смог бы раздобыть какое-нибудь заброшенное здание; в этом городке полно заброшек на выбор. Для моей любви — только самое лучшее.

Видео становится громче: женщина кричит из-под кляпа, а двое парней разрывают ее до тех пор, пока из ее дырок не начинает сочиться кровь, покрывая их толстые члены. Но это их не останавливает, наоборот, вид ее крови, кажется, только подзадоривает их. Может, мне тоже попробовать использовать кровь? Айрис выглядит как женщина, которой могли бы понравиться кровавые игры.

Не отрывая глаз от видео, я двигаю рукой все неистовее, чуть ли не отрывая себе член от того, как сильно я его дергаю. Трение обжигает натертую кожу; белые комки разлетаются по рулевому колесу, а из головки выстреливают горячие канаты спермы. Они шлепаются о руль, как сгустки соплей, а затем, поддавшись гравитации, стекают густым клеем мне на колени.

Выключив видео — я и так знаю, что в конце случается с женщиной, ведь пересматривал его сотни раз, — я блокирую телефон, сую его обратно в карман штанов, а затем пальцем соскребаю сперму со своих джинсов. Скользкая жидкость свисает с указательного пальца, и, прежде чем она успевает снова капнуть на штаны, я быстро подношу ее к открытому рту, ловя ее языком, словно выпавший из сэндвича майонез. Кислый, соленый вкус взрывается на моих вкусовых рецепторах, и я спешно подаюсь вперед в кресле, чтобы слизать остатки с руля, словно изголодавшийся зверь, тщательно убирая за собой грязь. Вообще-то это должна была быть работа Айрис, но у меня для нее припасено еще много спермы.