— Нет, я просто вышел прогуляться, я ничего плохого не сделал. Я стоял на общественной улице и занимался своим делом — я имею на это право, я…

— Ах, простите, советник. Я не знал, что разговариваю с Ли Бейли.

Дивон смотрит на него озадаченно и расстроенно.

Коп закатывает глаза и начинает обыск.

— Есть в карманах что-нибудь, что мне нужно знать? Острые предметы, иглы, оружие — всё, что может уколоть или иным образом причинить мне телесный вред?

— Нет.

— Надеюсь. Если я уколюсь, это будет худшая ночь в вашей жизни, понятно? — Он заканчивает обыск. — Как вас зовут?

— Дивон Мэллой.

— Вы живёте здесь, в городе?

— Да.

— Да что?

— Да, сэр.

Удовлетворённый, коп расслабляет позу.

— Мистер Мэллой, позвольте кое-что объяснить вам. Сейчас середина ночи, и вы торчите здесь и пялитесь на химический завод. Люди там работают с очень нестабильными веществами. Один из яйцеголовых перепутает пробирку А с пробиркой Б — и бум, от района ничего не останется. Это значит, что такие места могут представлять потенциальный интерес для террористов и прочих неблагонамеренных лиц.

— Я не террорист, я…

Он заставляет его замолчать, поднимая указательный палец и показывая на себя.

— Я ещё говорю, а значит, вы не говорите. Закройте рот и слушайте — понятно? — Дивон кивает. — Простите, не расслышал.

— Да, сэр, — тихо говорит Дивон. — Понял.

— Отлично. Так вот: в нынешние неспокойные времена мы не терпим подозрительных личностей, болтающихся у таких объектов. Это поднимает целую кучу красных флагов, нервирует и раздражает всех. Видите ли, в чём дело: порядочные граждане, которым нечего скрывать, они сейчас либо в постели, либо на ночной смене. Знаете, чего они не делают? Не стоят здесь и не разговаривают со мной.

— Я не хотел создавать проблемы, офицер. Я сразу пойду домой, ладно?

— Только не сегодня вечером. — Он берёт Дивона под локоть и разворачивает к полицейской машине. — Мы с вами немного покатаемся.

Дивон беспорядочно озирается. На улице больше никого — никто не видит, как его сажают в машину.

— Но вы же сказали, что я не задержан.

— Это верно. — Коп помещает его на заднее сиденье. — Пригните голову. — Хлопает дверцей, скользит на переднее сиденье и снова быстро что-то говорит в рацию на плече. Потом трогается с места — мчится без необходимости по тёмным, пустым улицам.

Дивон с усилием подаётся вперёд, ближе к металлической решётке, разделяющей их.

— Сэр?

— Просто помолчите — скоро приедем.

— Это всё недоразумение, я только…

— Кажется, я только что просил вас помолчать?

— Куда, чёрт возьми, вы меня везёте?

— Продолжайте говорить — и я остановлюсь и вытащу тасер. Буду бить вас током, пока мало не покажется.

Улицы становятся ещё темнее, когда машина сворачивает в жилой район.

Дивон смотрит в окно, пытается сориентироваться. Он знает каждый уголок этого города. Плохо — это плохой район с обветшалыми доходными домами и несколькими пустыми и снесёнными зданиями. И тут до него доходит. Он знает, где они.

Машина останавливается у старого доходного дома. Дивон бывал здесь прежде. Они с Джеки Шайном делали здесь доставку. Здесь были дети и двое пожилых мужчин, заказавших видеооборудование. Он сообщил об этих людях в полицию. Полиция так ничего и не предприняла.

Кроме одного окна на первом этаже, залитого жёлтым светом, здание пусто и выглядит заброшенным.

— Спорим, теперь вы знаете, где находитесь, — говорит коп.

— Что происходит?

Коп выходит, закрывает свою дверцу, потом открывает дверцу Дивона и вытаскивает его.

— Пошли, — говорит он, подталкивая его к зданию. — Давай, двигай.

Нехотя Дивон поднимается по ступеням к входной двери — полицейский сзади, держа его за скованные руки.

— Что происходит? Я не хочу неприятностей — пожалуйста, не делайте этого, я…

— Заткнись, чёртов хлюпик. — Коп открывает дверь, и они переступают порог тёмного фойе. Слабый свет сочится из-под двери слева, и за ней Дивон слышит приглушённые голоса. В паре метров что-то маленькое быстро мелькает и прячется в темноте, но темнота слишком густая, чтобы разглядеть, что это.

Дверь в квартиру открывается. Дополнительный свет падает в фойе. Их встречает пожилой мужчина. Ему хорошо за шестьдесят, он излучает превосходство — ухоженный, в дорогом костюме с галстуком под расстёгнутым курительным халатом.

— Ну, посмотрим, кто к нам пожаловал, — говорит он с акцентом, сочетающим что-то британское и старо-бостонское.

Дивон немедленно узнаёт этого мужчину. Тот самый, что открыл дверь, когда они с Джеки Шайном доставляли видеооборудование. Тот самый, что дал им чаевые и поспешно выпроводил их, как только они заметили детей.

— Я был уверен, что вы его вспомните, — с гордостью говорит коп.