Странное дело, вместо паники в этой страшной лапе, прижатой к груди чудовища, мне... хорошо. Спокойно. Словно я наконец-то оказалась в самом безопасном месте в мире. Чувство абсолютной защищенности накрывает с головой, заглушая страх высоты и смерти.

Я с благоговением смотрю вверх, на того, кто меня держит.

Мощная шея, с которой стекают сверкающие ручьи морской воды. Черно-серебристая чешуя, горящая на солнце.

Дракон скашивает на меня огромный глаз. Желтый вертикальный зрачок в синей, как грозовое небо, радужке фокусируется на мне.

Этот взгляд... И этот цвет чешуи…

Я уже видела одного похожего дракона. Вчера на городской площади, во главе кортежа в небе.

Неужели это ОН?

Сомнений быть не может. Такую мощь и эти пронзительно-синие глаза невозможно спутать.

Это Верховный.

Господин Кирстон.

Драго... я что... в лапах у своего нового наставника?

Ик…

Ё-моё…

Глава 11

Дракон опускается на скалы так мягко, словно я — хрустальная ваза, а не мокрая, дрожащая девчонка. Его лапа разжимается.

Я сползаю на твердую землю, и колени тут же подгибаются. Ноги не держат. Не от усталости, а от пережитого потрясения.

Но странное дело...

Внутри разливается горячая, пьянящая волна. Мне... хорошо?

Это чувство иррационально, безумно. Я только что чуть не разбилась насмерть. Я сижу у лап гигантского чудовища, способного перекусить меня пополам одним движением челюсти.

А мне хочется рассмеяться. Сердце стучит в ритме дикой радости.

От дракона исходит такая мощь, такая надежность, что рядом с ним весь мир кажется безопасным.

Что это? Благодарность за спасение? Или... что-то другое?

Дракон отступает на шаг, нависая надо мной черной скалой. Он огромен. Его тень накрывает меня целиком, отрезая от солнца.

Из его ноздрей с шипением вырываются струйки пара, пахнущие грозой и серой.

Я икаю. Страх возвращается, липкий и запоздалый.

«Он что, сейчас съест меня?» — мелькает паническая мысль.

Да нет же... Драконы не едят людей. Они цивилизованные. Они правят нами. Но этот зверь выглядит таким диким, таким яростным...

Я поднимаю взгляд выше и встречаюсь с его глазами.

Синие. Сияющие внутренним магическим огнем.

И эта чешуя... Черная, как ночь, с благородным серебристым отливом на гранях.

Нет, ну это точно он! А кому ещё это быть?

Господин Верховный Дракон.

Его портреты в человеческом обличье печатают в каждой газете. Но только не его истинный облик. Свою звериную ипостась господин Кирстон не афиширует так открыто. И я могу его понять.

Снова икаю, рассматривая махину вблизи.

Если бы не наша случайная встреча на площади в городке, никогда бы не догадалась, что это он.

Меня накрывает новой волной трепета.

Я сжимаюсь в комок, обхватывая себя руками, пытаясь стать меньше, незаметнее. Сглатываю соленый ком в горле. Магинечка Елена, я только что летала в обнимку с главой Совета Драконов!

Вдруг зверь вытягивает длинную шею к небу и издает такой рык, что скалы под нами вибрируют. Не просто утробный звук, а чистый гнев.

Он разъярен.

На что? На то, что ему пришлось мочить чешую ради какой-то дурехи? Или... на меня?

Дракон опускает огромную голову к моему лицу. Горячий выдох шевелит мои мокрые волосы. Сквозь рокочущее рычание пробиваются слова — грубые, скрежещущие, словно камни трутся друг о друга:

— Сдурела?!

Он скалится, обнажая ряд кинжально-острых зубов.

— Сиганула с обрыва? Жить надоело?!

В его голосе столько ярости, что я вжимаю голову в плечи. Он думает... он думает, я прыгнула сама?

— Н-нет... — сиплю я, мотая головой так, что брызги летят во все стороны. — Нет, нет! Я не... Я не хотела!

— Не хотела?! — рычит он, и голубое пламя в его глазах вспыхивает ярче. — Я видел! Ты сидела здесь, рыдала, а потом полетела вниз!

От отшатывается, а из ноздрей валит пар.

— В лечебницу захотела? В комнату с мягкими стенами? Я лично прослежу, чтобы на тебя надели смирительную рубашку, раз у тебя мозгов, как у улитки!

Меня трясет. Он угрожает, но за этим грохотом я слышу... страх? Он испугался за меня?

Открытие бьет сильнее, чем ветер. Верховному Дракону не плевать, разобьется ли какая-то адептка?

Хотя, конечно… Происшествие в элитной академии. Ему же ведь просто репутация ДРАГОНа важна?

— Я... я поскользнулась! — выпаливаю я, заикаясь. — В-ветер... Он т-толкнул меня! Честно! Я просто с-соскользнула!

Дракон замирает. Его ноздри раздуваются, втягивая воздух, словно он проверяет мои слова на вкус. Взгляд становится чуть менее безумным, но все еще подозрительным.

— Поскользнулась... — ворчит он уже тише, но с той же пугающей вибрацией. — А плакала чего?

Кровь отливает от лица.

Он видел? Давно наблюдал за мной?

Значит, он видел мои слезы, мою истерику, мое отчаяние.

Что, с ним не сработало заклинание отвода глаз? Почему дракон заинтересовался мной?