— Андрей, садись, — я опустилась в кресло и придвинула к себе тринадцатый том. — Поставь свечу поближе.

Мальчик сел напротив. Я раскрыла тяжёлый переплёт, и пожелтевшие страницы зашуршали под пальцами. Убористый шрифт, столбцы статей, бесконечные «буде», «оное» и «вышеозначенный». У меня зарябило в глазах от одного взгляда.

Зубодробительная бюрократия.

Я начала листать. Разобраться в оглавлении оказалось непросто: оно само по себе занимало несколько страниц.

Андрей наблюдал за мной молча. Потом не выдержал.

— Что именно вы ищете, Мария Дмитриевна?

— Статьи об аптеках. Кто имеет право открыть аптеку, при каких условиях, нужно ли разрешение...

— Это я понял, — перебил он, и на секунду снова проступил тот утренний, дерзкий Андрей, но тут же спрятался. — Я имею в виду — для чего?

Я посмотрела на него поверх раскрытого тома, размышляя, сделать замечание за то, что перебил, или промолчать?..

— Хочу понять, может ли земство открыть аптеку при больнице, если в городе уже есть одна, которой владеет Циммерман.

Андрей удивленно моргнул несколько раз. То ли не ожидал, что я отвечу, то ли ответ показался ему странным.

На самом деле, хотела я понять намного больше, но не считала правильным настолько глубоко погружать пасынка в проблемы губернии. Как-никак, но ему всего четырнадцать лет. Пусть и пытался Андрей казаться взрослым, на деле являлся еще юношей. Мальчишкой.

— А зачем земству своя аптека, если есть Циммерман? — спросил он. — Отец ведь с ним договорился. Надо только долг выплатить.

Ого, — удивилась я про себя.

Мальчишка мальчишкой, за завтраком слушал внимательно, держал ушки на макушке.

— Договор расторгнут, — отозвалась я коротко.

— И теперь больница без лекарств, — проговорил он. — А доктор платит из своего кармана.

— Откуда ты знаешь про доктора?

— Елизавета сказала за завтраком, — Андрей мотнул головой в сторону девочки. — А она знает, потому что бегает к нему в больницу. Думает, никто не видит.

Лиза у книжного шкафа вспыхнула.

— Не бегаю я никуда! — воскликнула она. — Я заходила один раз! Отнести бинты!

— Три раза, — невозмутимо поправил Андрей.

— Два!

Я подняла руку, и оба замолчали.

— Лиза, иди сюда, — позвала я, решив, что насчет доктора и бинтов я с ней поговорю в другой раз. — Хватит прятаться за шкафом. Помоги нам искать.

Девочка подошла, всё ещё пунцовая, и заглянула через плечо Андрея.

— Какие мелкие буквы... Как вы это читаете?

— Молча, — буркнул тот, но страницу чуть сдвинул, чтобы ей было виднее.

— Ищите раздел «О аптеках и фармацевтах». Андрей, помоги Елизавете с оглавлением. А я пока посмотрю, что здесь сказано про земские учреждения.

Пасынок покосился на Лизу. Та покосилась на него. На секунду мне показалось, что сейчас снова начнётся — «а тебя не спрашивали», «а ты вообще молчи». Но Андрей молча сдвинул свечу так, чтобы свет падал на страницу между ними, и ткнул пальцем в оглавление.

— Вот, смотри. Книга вторая. Устав медицинской полиции.

— Медицинской полиции? — переспросила Лиза недоверчиво. — Это что ещё такое?

— Читай, — буркнул Андрей. — Увидишь.

Дети, пусть и препирались постоянно, очень мне помогли, без них я искала бы гораздо дольше, ведь совсем не привыкла читать на таком языке. А Андрей, видно, кое-чему научился у отца и быстро со всем разобрался, и уже через несколько минут указал мне на нужный раздел. Выглядел он при этом таким гордым и довольным, что даже Лиза сдержалась и промолчала, только фыркнула, прижав к губам кулак.

Я наклонилась к странице, на которую он указывал. Язык был чудовищный, но суть постепенно проступала сквозь канцелярскую шелуху.

Земские учреждения действительно имели право устраивать аптеки при больницах. Но открывались они на общих основаниях с частными. И для открытия новой аптеки требовалось заручиться согласием владельцев уже существующих аптек в округе.

Выходило, без согласия Циммермана исполняющий обязанности не мог учредить аптеку при больнице. Но тогда зачем Залесский расторг договор и оставил больницу без лекарств?.. Еще и отношения испортил с человеком, от решения которого зависело, откроет он аптеку или нет.

Впрочем, если предположить, что плевать Залесскому на больницу, как плевать на купцов, которые предыдущие годы были постоянными гостями ярмарки, то логика в его действиях прослеживается.

Ждать или просить согласия Циммермана он не намерен. Хочет или купить его, или принудить. И считает, что для достижения целей все средства хороши.

— На сегодня довольно, — сказала я, перевернув очередную страницу. — Спасибо вам обоим.

Андрей закрыл том и бережно поставил обратно на полку. Библиотеку он покинул первым, окинув ее взглядом на прощание. Я задула свечи, кроме одной, и уже у двери негромко окликнула Лизу.

— Задержись на минуту.