— Оставь у себя. Мы поедем в полицию, а мама будет отслеживать твое местоположение через мой второй телефон. Если повезет, мы сможем выйти на этих ублюдков и взять их.

Их машина коротко пищит, багажник открывается. Он достает спортивную сумку и протягивает мне. Я закидываю ее на плечо, прекрасно понимая, что внутри денег больше, чем я вообще когда-либо держал в руках.

Он доверяет мне вернуть его дочь домой живой и невредимой.

Я медленно выдыхаю:

— И еще кое-что.

Оба смотрят на меня.

— Я люблю ее.

Они переглядываются, и мама усмехается:

— Так и знала.

Я шокировано смотрю на нее.

Она подталкивает меня к машине:

— Езжай. Обсудим это, когда Скарлетт будет в безопасности.

33.Скарлетт

Его глаза тут же находят мои, и сердце пропускает удар.

Кросс уверенно шагает вглубь старого завода с таким непринужденным видом, словно гуляет по кампусу. В руке у него спортивная сумка. Готова поспорить, если сильно прислушаться, можно услышать, как внутри шуршат пачки папиных денег.

— Ну наконец-то, — бросает Алекс, вставая передо мной.

— Ага, наконец-то, — повторяет второй.

Сердце уходит в пятки. Чем ближе Кросс, тем сильнее подступают слезы.

— Отпустите ее, — его голос звучит пугающе спокойно, и я цепляюсь за этот тон, будто он может меня защитить.

Смотрю мимо широких плеч мужчин на дверь, гадая, приедет ли полиция. Или отец. Но вокруг лишь огромное пространство с замершими заводскими станками и грязный бетонный пол.

— Отпустим, когда отдашь долг, — огрызается Джейсон.

— Здесь больше, чем я должен, — говорит Кросс. — За что еще пятьдесят тысяч?

Джейсон напрягается:

— За моральный ущерб. Твоя сучка-подружка полоснула меня по ноге.

Подавшись влево, я краем глаза вижу Кросса. Он крепче перехватывает сумку, желваки на его челюсти плотно сжаты.

— Есть что сказать, парень? — спрашивает Алекс. — Или покончим с этим?

Кросс бросает на меня взгляд, полный извинения. Он швыряет сумку через комнату, и та с глухим стуком падает на пол. Между ними взметается облако пыли. Кросс пытается сделать шаг ко мне, но резко останавливается, и его подошвы скользят по пыльному бетону.

Алекс упирает что-то ему в грудь:

— Не так быстро.

Кросс тут же поднимает руки, показывая, что не сопротивляется.

У меня расширяются глаза.

Я вижу пистолет, длинный темный ствол блестит под тусклым светом. Пытаюсь закричать сквозь скотч и снова дергаю запястьями.

Кросс смотрит на меня, игнорируя ублюдка, который целится в него. Время словно останавливается, по моей щеке скатывается слеза. Кросс сглатывает, на его шее дергается кадык. Щеки осунулись от тревоги, но руки он держит поднятыми.

— Пересчитай, — рявкает Алекс.

Джейсон быстро расстегивает молнию и начинает бормотать себе под нос, пересчитывая купюры.

Чем дольше он возится, тем сильнее теряет терпение Алекс. Я не свожу глаз со ствола, прижатого к груди Кросса. Сердце колотится так бешено, словно пытается пробиться к его сердцу.

— Быстрее, — поторапливает Алекс, еще сильнее вдавливая пистолет в грудь Кросса.

Я зажмуриваюсь. Меня тошнит от страха, больше не могу на это смотреть.

Всё хорошо. Всё хорошо. Они заберут деньги и уйдут.

— Всё здесь, — объявляет Джейсон.

От звука застегивающейся молнии я открываю глаза и вижу, как Алекс медленно опускает пистолет.

О господи, спасибо.

Кросс наконец отрывает взгляд от меня и смотрит на мужчин:

— Долг закрыт.

Это звучит не как вопрос, а как факт.

Алекс мрачно усмехается:

— Слишком уж ты уверен в себе для человека, который должен понимать, чем все это закончится.

Между бровей Кросса появляется складка, и на его лице мелькает то же выражение, что было, когда я рассказала ему про Николаса.

— Потому что я знаю, чем всё закончится.

Джейсон перехватывает спортивную сумку другой рукой и ухмыляется.

— Нет, у него просто уверенность человека, который не смотрит в дуло пистолета.

Алекс пожимает плечами и снова направляет дуло на Кросса.

Я кричу, хотя скотч глушит звук. Запястья горят от того, как отчаянно я дергаю стяжки, а стул подо мной жалобно скрипит.

— Твоя подружка, кажется, волнуется, — говорит Алекс, поворачиваясь и целясь в меня.

Мгновенно замираю, уставившись на его руку. Палец застыл на спусковом крючке.

— Выстрелишь в нее — сядешь на гораздо более долгий срок, — процеживает Кросс.

— Сядет? — хохочет Джейсон. — Только если ты впутал копов...

Алекс и Джейсон переглядываются, и веселье резко обрывается. Они бросаются наутек. Алекс сует пистолет за пояс джинсов, Джейсон прижимает сумку к груди, и оба со всех ног бегут к выходу.

Кросс оказывается рядом со мной в мгновение ока. Его дрожащие пальцы быстро срывают скотч с моего рта. Морщусь от боли и, как только губы освобождаются, захлебываюсь слезами.