Ложь. Но как, блядь, иначе достать пятьдесят тысяч? Скарлетт думает, что я должен всего двадцать. Стэнли уже прислал мне детали следующего боя в соседнем городе. Это не клетка и не организованный поединок. Скорее обычная драка без правил. Как в «Бойцовском клубе». Неудивительно, что раньше я ничего не слышал про эти бои. Первое правило бойцовского клуба, как-никак…

Деньги приличные, если выиграешь, но Стэнли туманно намекнул, что победить там чертовски трудно. Бойцы крупнее. Это взрослые мужики, которые не обрадуются, если придет какой-то студент и попытается забрать их призовые.

Плевать.

— Кросс, — тон Скарлетт становится нетерпеливым.

Усмехаюсь:

— Да, дорогая?

Она напрягается:

— Я спросила...

— Ты должна узнать этот маршрут. — Делаю последний поворот, и в поле зрения появляется заброшенный склад. — Ты уже ездила сюда один раз с Сойер, и еще раз со мной.

— Черт подери. — Она смотрит на меня. — Не хочу здесь находиться. Ты же сказал, что мы едем в зал.

— Лучше, чтобы никто не знал, — аргументирую я. — Если они заподозрят, что ты умеешь за себя постоять, то и нападут по-другому.

— Ты так и не сказал, кто. — Ее глаза округляются. — Ты о Нике?

Морщусь:

— Нет. Ну... да. Может быть.

Ставлю машину на стоянку и выскакиваю наружу. Боковая дверь не заперта — честно говоря, удивлен, что она вообще закрыта до конца, — и петли оглушительно визжат, когда я толкаю ее. Нижний край скребет по грязному бетону.

— Мне не нравится это место, — тихо произносит она прямо за моей спиной.

Господи, может, бесшумное перемещение — один из ее талантов?

Жестом показываю ей идти впереди меня в темный, объективно жуткий коридор. Она включает фонарик на телефоне и делает шаг вперед.

Иду следом и с силой захлопываю за собой дверь, погружая нас в темноту.

— Какой у тебя план? Напасть на меня в темноте? — ее голос дрожит. Фонарик направлен вниз, освещая кроссовки.

— Ты не очень-то крупная. Думаю, это будет довольно легко.

Она фыркает.

Я обхожу ее и резко прыгаю сзади. Хватаю за плечи.

Она вскрикивает и замахивается на меня. Яркий свет бьет мне по лицу. Вырываю телефон из ее руки и отскакиваю, не сдержав смеха. Направляю луч ей в лицо, и она выставляет ладонь, защищаясь от света.

— Ну давай же. — Поворачиваюсь и не спеша иду дальше, фонарик высвечивает дорожку на полу впереди. Ей приходится идти за моей тенью. Оставляю ее позади и нахожу рубильник. Снаружи есть выключатель генератора, с помощью которого зажигали свет для боя.

От гула электричества здание вокруг словно оживает. Выхожу из-за угла и вижу Скарлетт, стоящую посреди огромного главного зала. Она забралась в клетку и медленно поворачивается по кругу.

— Жутковато, правда? — Запрыгиваю на ступени, цепляю дверь пальцами и с грохотом закрываю за нами.

Она вздрагивает:

— Немного.

Усмехаюсь.

— Ладно. — Она трет ладони друг о друга. — Давай покончим с этим.

— Чем быстрее закончим, тем быстрее вернешься дома?

Она решительно кивает.

Смеюсь. Это не так. Я буду держать ее здесь до тех пор, пока не удостоверюсь, что она не станет легкой добычей для тех, кто за ней придет, и неважно, перейдем мы сразу к делу или устроим небольшую прелюдию.

Но вместо того чтобы озвучить это, я оценивающе осматриваю ее. На ней длинное бежевое пальто, пушистый шарф, узкие джинсы и какие-то модные ботильоны на низком каблуке. Волосы распущены по плечам. Перед выходом из дома я заставил ее сменить очки на линзы, но все равно.

С тактической точки зрения это просто катастрофа. Во всем этом ее слишком легко убить.

Я бы без труда намотал на кулак эти длинные волосы и дернул ее на себя, мог бы задушить шарфом, обмотанным вокруг ее красивой шеи, или воспользоваться этим пальто — запутать его полы, сковать ей руки, обездвижить ноги…

— Раздевайся.

Ее глаза округляются.

В голову приходит еще одна мысль: перед этим придурком, чье имя лучше не называть, она испытывала животный страх. Она дрожала и оцепенела.

Мне нужно понять, что еще заставляет ее цепенеть. Или вынуждает бежать. А потом, полагаю, научить ее прорываться сквозь это состояние.

Уф.

Стучу ботинком по мату. Странно стоять здесь в обуви, но предчувствую, что Скар — не стоит ее так называть — попытается оттоптать мне ноги, особенно если я схвачу ее сзади.

— Ты собираешься выполнять указания или так и будешь на меня пялиться?

— Мне холодно, — врет она.

— У тебя щеки горят.

— Я просто нервничаю.

Резко срываюсь с места, пересекаю клетку и в мгновение ока оказываюсь вплотную к ней. Хватаю за объемное пальто, комкая ткань в кулаках. Перехватить рукава, не трогая запястий, проще простого, и я фиксирую ее руки за спиной одной ладонью. Другой перехватываю шарф и слегка затягиваю, отчего ткань плотно облегает шею.

Она втягивает воздух.

— Видишь? — приближаю свое лицо к ее лицу. — Ты ходячая жертва, Скар.

Она слегка вздрагивает.