— Конечно, напряжена, — процедила я, стараясь держать спину ровно, как и требовал сбежавший мэтр. — Вы обещали показать, как дышать. Но, смею заметить, для столь простого урока ко мне совершенно не обязательно прикасаться.

— В самом деле? — он тихо усмехнулся, и в уголках его глаз залегли лукавые морщинки. — Мне кажется, так будет куда понятнее... Или, возможно, я просто наглец, воспользовавшийся моментом и растерянностью прелестной собеседницы.

— Кто вам сказал, что я растеряна? — я иронично выгнула бровь, не прекращая следовать за его уверенными шагами. — Не обманывайтесь, любезный. То, что я еще не вырвалась и не осадила вашу дерзость, ничего не…

Я осеклась на полуслове. Мой собственный прагматичный мозг только что подставил мне подножку.

«Какого лешего, Кристина? Ты же годами наращивала броню, размазывала по стенке самоуверенных идиотов, а тут вдруг покорно пошла на поводу у какого-то лощенного лесного пижона с острыми ушами? Ведь окажись на его месте Сильван, ты бы уже выдернула руку и окатила его таким ледяным презрением, что тот бы простудился. А здесь… Что-то не так… Это его хваленая магия? Или он просто ведет так безукоризненно, что тело Камелии само отзывается на правильные движения?»

— Не… что? — с неподдельным интересом подтолкнул меня к продолжению мужчина, чуть склонив голову набок. Серьга-полумесяц сверкнула в свете свечей.

— Ничего, — я быстро взяла себя в руки, смахнув мимолетную заминку и мысленно приказав себе собраться. — Вы, кажется, хотели показать, как дышать. Так показывайте, пока я снова не начала войну со своим платьем.

Остроухий наглец усмехнулся всё той же очаровательной, однобокой улыбкой.

— Хотел? Наверное, хотел... — промурлыкал он.

От его бархатных интонаций вдоль позвоночника скользнула стайка раздражающих мурашек. Тело девчонки, не знавшее нормального мужского внимания, реагировало на эту ходячую харизму слишком бурно. Нужно было срочно брать гормональный бунт под жесткий контроль.

— Тогда следите за моим дыханием, — продолжил фэйри. — Глубокий вдох на счет «раз»… Держим ритм… Выдох на счет «три». Спину свободнее. Вы не на эшафот идете, миледи.

Его голос завораживал, задавая темп. Вдох. Шаг. Выдох. Поворот. Радужка его глаз на мгновение вспыхнула неестественно ярким, изумрудным светом.

В ту же секунду малый зал наполнился новой музыкой. Это больше не были классические, сухие мотивы мэтра Этьена. Мелодия казалась тихой, текучей, она обволакивала, как густой туман, пробиралась под кожу, так же как и пронзительный взгляд фэйри напротив меня.

— Партнерам следует дышать в унисон, подстраиваясь под ритм танца, — негромко произнес он, легко кружа меня по паркету. — А когда вы двигаетесь, слишком концентрируетесь на ногах и забываете о дыхании... Да и, кажется, не очень жалуете свой наряд. Признаться, я впервые вижу леди, которая с таким ожесточением рычит на собственный подол.

— Какой вы потрясающе наблюдательный.

— Слышу в ваших словах сарказм, — он чуть склонился ко мне, обжигая дыханием висок. — К нему я тоже, знаете ли, не привычен. Ваше общество, миледи... — он сделал театральную паузу, подбирая слово, — весьма освежает.

— Или оскорбляет? — парировала я, не позволяя себе расслабиться ни на секунду.

— Я такого не говорил.

Он вел превосходно. Идеально. Я и сама не заметила, как мои ноги перестали путаться в тяжелой ткани, а шаги обрели несвойственную им легкость. Казалось, мы действительно дышим в унисон, попадая в такт этой странной, гипнотической музыке. Сердце билось слишком быстро, а в голове появилась предательская легкость.

И нет, я не смутилась. Совсем нет! Просто у меня закружилась голова от бесконечных поворотов в танце. Исключительно физиологическая реакция. Тугой корсет, душный зал, кислородное голодание! А то, что от исходящего от него горьковатого запаха полыни у меня слегка поплыли мысли — так это банальная аллергия. Точно. У меня острая непереносимость наглых фэйри.

Поняв, что ситуация медленно, но верно выходит из-под моего контроля, я решительно остановилась, разорвав наш контакт. Воздуха в легких вдруг стало катастрофически не хватать.

— Думаю, достаточно! — я отступила на шаг, выравнивая сбившееся дыхание. — Благодарю за урок. Это было... познавательно.

— Мне и самому понравилось, — он улыбнулся — на этот раз открыто и, кажется, почти искренне.

Пора было ретироваться. К черту уроки танцев, к черту мэтра Этьена, и особенно к черту этого невыносимого фэйри, рядом с которым я начинаю нервничать и терять хватку, словно какая-то малолетняя дебютантка.

— Думаю, на этом нам стоит распрощаться, — я расправила несуществующие складки на платье, возвращая себе холодный, отстраненный вид. — Мне не следует находиться в одиночестве в обществе гостя. Это нарушение приличий.

— И вспомнили вы об этом только сейчас? — усмехнулся наглец, вальяжно сложив руки на груди.