Напиться до забвения звучало заманчиво. Папины похороны… я имела право на один, или пять, бокалов.

Я опрокинула в себя вино и заказала ещё.

Через два дня я стояла у дома, который был моим три года, и старалась не расплакаться. Конец целой эпохи. Здесь я была в покое, как нигде. Каждая комната хранила память. Даже по запаху дома я буду скучать.

Обернувшись, я нахмурилась, глядя на забитую вещами машину. Мне не удалось найти жильё… но я придумала, как выжить. На работе был душ, прачечная. Ночью — переложить вещи и спать в машине. Я изучила тихие парковки, где меня никто не потревожит.

Стоило по-настоящему осознать, что меня ждёт в ближайшие недели, и хотелось просто разрыдаться. Нога опять будет болеть… но выбора нет.

Я закрыла дверь, бросила ключи в почтовую щель и глубоко вдохнула, сдерживая слёзы.

Это очень больно.

Тонированные окна скрывали, насколько машина забита. Если кто-то на работе заглянет — совру, что переезжаю. Надеюсь, не придётся.

По дороге я проглотила всю боль, страх, и натянула маску. В офисе отправила Терезе сообщение.

Я: Я выехала сегодня утром, ключи оставила в почтовом ящике.

Ответ пришёл быстро:

Тереза: Конечно, мисс Роуз. Всего вам наилучшего на новом месте.

"Новом месте"… которого нет. Ниже этого я ещё не падала.

Джеки и Феломена сидели в саду на скамейке.

— Доброе утро, Ада, — сказала Феломена.

— И вам, — улыбнулась я.

— Он сегодня здесь, — добавила она, и я поморщилась.

Кахал. Спустя три года они всё ещё смотрели на него, как на врага, хотя между нами не было войны. Даже если бы не Ханна, мы всё равно расстались бы. Сейчас я это понимаю.

Но некоторых не переубедишь: бывший значит плохой.

— Спасибо за предупреждение, — кивнула я и пошла внутрь.

В холле столкнулась с Льюисом, ещё одним нашим сотрудником. Двадцать с хвостиком, год работает. Любимчик пожилых дам — язык подвешен, шутки-флирт про «если бы я родился на сорок лет раньше» — иногда хотелось закатить глаза. Но им нравится.

— Ада, вы, как всегда, очаровательны, — выдал он.

— На меня это не действует. Я тебе не одна из наших бабушек, и лесть не сработает, — усмехнулась я. Он ведь явно думал, что мне не хватает внимания. Спасибо, но нет.

Он приложил ладонь к сердцу: — Я никогда бы не стал пытаться льстить вам.

Приподнятая бровь.

— Ну… разве что вы бы разрешили мне отпуск в следующем месяце. Я уже всё забронировал, и…

— Конечно, можно. Я посмотрю расписание и найду замену. Скажи даты.

— Вы лучшая! — он улыбнулся и чмокнул меня в щёку.

— Льюис, тебе не стоит… — начала я, но он уже убежал.

Моя помощница Рина шла рядом с широкой улыбкой:

— Бесполезно ему говорить. Мне кажется, он начал заигрывать с акушеркой ещё в роддоме.

— Я его начальница. Так нельзя.

— Пусть Альф с ним поговорит. У него такая мудрая отцовская аура, может, дойдёт.

— Наверное, ты права. Я знаю, он без злого умысла… просто боюсь, что однажды он не на того попадёт.

— Всех не спасёшь, — вздохнула она, открывая дверь своего кабинета рядом с моим.

— Точно, — кивнула я.

— Кстати, — добавила она. — Слышала, ты поймала нашу Мисс Принцессу на своём месте в твой выходной…

Так же, как Феломена и Джеки называли Кахала «он», Рина часто говорила о Ханне «Мисс Принцесса». Мне вообще не нужно было, чтобы кто-то занимал мою сторону в расставании, но всё же было приятно знать, что некоторым я нравилась больше, чем Ханна, тем более что её жизнерадостность делала её любимицей среди постояльцев.

Я с трудом подавила улыбку.

— Клянусь, никогда не видела её такой бледной. Но я не была слишком строгой. У неё работа куда изматывающее нашей.

— Ты слишком уж добрая, — покачала головой Рина. — Я бы её хорошенько отчитала. — Я усмехнулась, и коллега улыбнулась мне, прежде чем её взгляд стал мягче. — Как ты держишься?

— Не очень. Но я справляюсь, — ответила я, хоть и не уверена, правда ли это, особенно зная, что мне предстоит ночевать в машине.

— Если вдруг захочешь поговорить… — сказала Рина, и я лишь кивнула, прежде чем нырнуть в свой кабинет и закрыть за собой дверь.

Я утонула в работе: первую половину дня составляла график персонала, после обеда созванивалась с поставщиками медицинских товаров, а перед самым уходом быстро прошлась по зданию, чтобы заглянуть к нескольким постояльцам и перекинуться парой слов.

День был таким обычным, что, уже сидя в машине, я почти поехала обратно в дом папы и Леоноры. Боль полоснула по сердцу, когда я вспомнила, что это больше не мой дом. Мне хотелось вернуться, переодеться в пижаму и приготовить что-нибудь тёплое на ужин. Но увы.