Я нехотя признал, что она права. Мама никогда не содержала дом в таком порядке и уж точно не обладала ни талантом садовода, ни желанием возиться с клумбами, которыми, судя по всему, кто-то тщательно занимался.

— Вы ничего не найдёте в её счетах, потому что я давала ей деньги наличными, — сказала Ада. Я вскинул бровь и скрестил руки на груди.

— Очень удобно.

Вот он, мой шанс избавиться от неё. Вопрос аренды идеальное решение. Мне стоило лишь стать полным ублюдком и назвать сумму, которую она, скорее всего, не сможет потянуть. Тогда она перестанет быть моей проблемой, и я смогу сосредоточиться на горе, которое меня пожирало, не отвлекаясь на дочь Коннора Роуз. Я был не в себе, а это делало меня уязвимым. Слишком легко поддаться на уловки красивого лица, под которым скрывается чёрное сердце. Я больше никогда не позволю, чтобы мной манипулировали так же, как манипулировали моей матерью.

— Это было не “удобно”. Это было...

— К сожалению для тебя, — снова перебил я. — Я не так щедр, как моя мать, даже если ты действительно помогала по дому, как утверждаешь. Дом такого размера и в таком районе сдаётся минимум за три тысячи в месяц, возможно, и дороже. Но поскольку ты пользуешься только одной комнатой, это треть суммы, так что пусть будет ровно тысяча.

У Ады отвисла челюсть, щёки порозовели.

— Но… но я не могу себе это позволить.

— Тогда, увы, мне придётся повторить своё первое предложение: освободить дом в течение одной недели.

— Сэр, вы ведёте себя немного нера...

Ада перебила Терезу, встав из-за стола. Её карие глаза метали молнии.

— Спасибо, Тереза, но не нужно за меня заступаться. Если мистер Оукс хочет, чтобы я ушла, я уйду. Я не стану жить там, где мне явно не рады. Я съеду через неделю.

С этими словами она покинула комнату, плечи напряжены, голова высоко поднята. В тот момент я понял кое-что об Аде Роуз — то, что, к сожалению, нас роднило.

Мы оба были одинаково упрямыми и гордыми.

— Это было некрасиво, сэр, — сказала Тереза разочарованным тоном.

Я всегда ценил её прямоту, но сейчас слушать не хотел. Я был настроен избавиться от Ады Роуз как можно скорее. Так почему же я чувствовал себя полным говнюком?

— Я не спрашивал твоего мнения, — огрызнулся я как раз в тот момент, когда хлопнула входная дверь. Пройдя в гостиную, я выглянул в окно и увидел, как Ада уезжает на своей тёмно-синей «Тойоте», которой, вероятно, лет двадцать. Я простоял несколько минут, прежде чем прошёл в заднюю часть дома, где находились спальни.

Оказавшись в дверях своей старой комнаты, я заметил, что там почти ничего не изменилось. Мама сохранила всё в том же виде, что и в детстве. Ком встал в горле, но я заставил себя подавить эмоции.

Через коридор находилась гостевая спальня, которую теперь занимала Ада Роуз. Не раздумывая, я вошёл внутрь и меня сразу окутал тонкий аромат мандаринов. Это… она так пахла? Кровать аккуратно застелена, на кресле у окна разбросанные вещи. Глядя на её скудные пожитки и мягкий, женственный уклад комнаты, я почувствовал сильный удар сожаления.

Тереза была права. Обошёлся я с Адой отвратительно. Моё горе и моё отношение к её отцу превратили меня в законченного ублюдка. То, что Коннор Роуз был подонком, не означало, что Ада такая же, даже если она была его копией.

Надо это исправить.

Только вот… захочет ли она вообще со мной разговаривать достаточно долго, чтобы я смог всё исправить?

3. Ада

3. Ада

К счастью, когда я вернулась домой, Джонатана Оукса с его ассистенткой уже не было.

После одного из самых унизительных эпизодов в моей жизни я искренне надеялась больше никогда его не видеть. Да, он будет на похоронах, но, когда всё закончится, и я съеду из дома Леоноры, я молилась, чтобы наши пути больше не пересекались. Этот мужчина увидел буквально всё. И как самодовольно он потом себя вёл? Бр-р. Мне хотелось влепить ему пощёчину.

Чтобы избежать неловкости, не говоря уже о моей ярости из-за того, что мне предложили либо платить аренду почти в семь раз больше текущей, либо съехать в течение недели, я пошла за продуктами и попыталась успокоиться. Да, я знала, что тысяча в месяц — это почти стандартная цена комнаты в наши дни, но у меня была задолженность, которую я всё ещё выплачивала, она съедала значительную часть зарплаты.

Два года назад, после долгих мучений с лечением моей ноги через государственную систему здравоохранения Ирландии, я решила поехать в Австрию. Это одна из лучших стран Европы в сфере ортопедии, и там был хирург, который предлагал новую процедуру. Операция прошла успешно: она избавила меня от большей части боли и 95-ти процентов проблем с подвижностью, но оставила с долгами. С большими долгами. Я выплачу кредит года через два, но до тех пор мне нужно жить экономно, поэтому вариант с проживанием у Леоноры был идеальным. Они с отцом получали проживающего при них садовника/закупщика/домоправительницу, а я дешёвую аренду.