И ведь начиналось все относительно неплохо. Сначала куратор заставил нас сделать разминку, показывая наглядно, в какую именно сторону нужно тянуть руки и ноги.

Я еще наивно подумала, что все в целом довольно сносно. Зря.

Это оказалось самой легкой частью той экзекуции, которую нам уготовили.

А вот дальше… Начался настоящий мрак. По крайней мере, для меня.

На остальных новобранцев я поглядывала с неприкрытой завистью. Ведь если я почти сразу раскраснелась и принялась пыхтеть от натуги, то им, на первый взгляд, все давалось относительно легко. И даже девушкам.

Это уже сейчас, когда после всех отжиманий, приседаний и прочих извращений куратор Торн заставил нас еще и побегать, все уже не выглядели такими свежими, как в начале.

Но все равно я была единственной, плетущейся в самом конце.

Что тут сказать? Остальные, в отличие от меня, прекрасно знали, куда они едут. Более того, еще и сунулись сюда добровольно. И явно рассчитывали на то, что и через месяц останутся в стенах крепости.

А, значит, они явно готовились к прибытию в крепость. И это было видно невооруженным взглядом.

Элоиз упоминала, что даже ее кузен перед прохождением обязательной службы проходил специальную подготовку. И это мужчина, который по определению более вынослив физически.

А обо мне что говорить? Я росла в пансионе и тяжелее пряжи для вышивки или учебника ничего в руках и не держала никогда.

Когда я, наконец, доползла до контрольной точки, возле которой стоял куратор, который с невозмутимым лицом следил за всеми бегущими, мужчина скосил на меня взгляд и приказал:

— Довольно.

Стоило мне лишь это услышать, как я тут же шумно выдохнула, не скрывая своего облегчения. И поплелась в сторону, чтобы не мешать остальным. А там, привалившись спиной к колонне, медленно сползла на землю.

Потому что ноги совсем уже не держали. Я и доползла-то до финиша исключительно на врожденном упрямстве. Мне еще на середине последнего круга хотелось упасть навзничь и больше никогда в этой жизни не шевелиться.

Но в грязь лицом ударить я не могла. Точно не после того, как перед всеми присутствующими объявили, кто мой отец. На меня и без того теперь косились с повышенным интересом.

А порочить честь и имя Виктора Рейвенкрофта тем, что его дочь даже пять кругов по плацу осилить не может, мне совершенно не хотелось.

Куратор же тем временем остановил еще нескольких бегунов, чуть менее красных и запыхавшихся, чем я, снимая их с дистанции. А тем, кто был наиболее бодр и свеж, накинул еще пять кругов.

Видимо, действительно хочет посмотреть, кто и на что здесь способен.

Когда остальные новобранцы, которых освободили от необходимости пробегать еще пять кругов, отошли в сторону, отходя поодаль и рассаживаясь там, куратор Торн неожиданно подошел ко мне, нависая сверху.

Я бы поднялась на ноги. Честно. Все же не очень красиво, когда тот, кто выше по званию стоит, пока ты сидишь. Но ноги меня совершенно не держали. И чтобы не шлепнуться обратно прямо на глазах куратора, я предпочла оставаться на месте.

— Скрывать не буду, — начал он хмуро, — Все плохо.

Я в ответ лишь вздохнула. Потому что сама прекрасно это понимала и без его слов.

— Если бы вы были здесь наравне со всеми, то через месяц точно бы вылетели, — продолжил куратор.

А с моих губ сорвался очередной тяжкий вздох.

— Но с такой физической подготовкой, а точнее, ее полным отсутствием, год в крепости вы не протянете, леди Рейвенкрофт, — на полном серьезе заявил мужчина, — Не выживите даже после первой или второй полноценной вылазки в лес.

И тут-то во мне снова подняло голову врожденное упрямство, которое даже меня немного взбодрило и придало сил.

И, вскинув взгляд на куратора, я мрачно уточнила:

— И что же вы предлагаете? Самоустраниться уже сейчас?

Тот в ответ на такую откровенную дерзость лишь криво усмехнулся.

— В этом нет необходимости, — произнес куратор, — Я говорю вам это затем, чтобы вы понимали, что в вашем случае, леди Рейвенкрофт, стандартной подготовки будет недостаточно, чтобы дотянуть до необходимого уровня. Вы слабее каждого новобранца в крепости. И чтобы нагнать их, придется приложить вдвое больше усилий. На ближайший месяц забудьте о личном времени, об отдыхе и о жалости к себе. Вставать будете на два часа раньше остальных. Ложиться на час позже. Только так из вас получится сделать более-менее сносного бойца.

Я удивленно уставилась на куратора.

— Вы предлагаете мне тренироваться дополнительно? — зачем-то уточнила я.

— Можете не благодарить, леди Рейвенкрофт, — сухо кивнул он в ответ, прежде чем отойти к остальным новобранцам, теряя ко мне всякий интерес.

А я в этот момент на полном серьезе подумала о том, что у меня с такой-то нагрузкой есть все шансы умереть еще до того, как нас выпустят в лес.

Глава 25

После того, как и остальные пришли к финишу, куратор заставил нас всех снова выстроиться перед ним.