Но я так удивилась, впервые увидев здесь кого-то из высшей знати, что несколько растерялась. И замерла на пороге, разглядывая начальника крепости, вместо того, чтобы поприветствовать мужчину согласно уставу.

— Леди Рейвенкрофт, проходите, — подал голос лорд Нортвейл первым.

И, судя по тому, что на лице его отражалось вежливое добродушие, ничего плохого меня здесь не ждало. Наверное.

Наконец, отмерев, я поприветствовала начальника крепости так, как и полагается. А после прошла к креслу, на которое мне предложили присесть, и осторожно опустилась на самый край, по привычке, точно так же, как и в пансионе, складывая руки на коленях.

— К сожалению, леди Рейвенкрофт, что у нас с вами не было возможности познакомиться раньше, — неожиданно произнес лорд Сайрус, — Я хорошо знал вашего отца. И какое-то время даже служил под его командованием. Виктор действительно был выдающимся генералом.

За последнюю неделю я много лестных слов слышала об отце. Даже слышала, как двое мужчин, обсуждая между собой Железного генерала, говорили, будто мой отец стал самым молодым в истории империи генералом имперской армии.

Но сейчас я впервые за долгие годы столкнулась не только с тем, кто знал Виктора Рейвенкрофта лично, но еще и служил с ним.

Поэтому, наверное, не стоит удивляться тому, что представитель древнего рода назначен начальником крепости. Мой отец тоже был представителем древнего аристократического рода. И даже главой рода.

И он ведь тоже не сразу стал генералом целой армии, а начинал с чего-то поменьше.

Да и должность эта, наверное, ответственная. И я понимаю, почему император назначил на нее кого-то из древнего рода, а не более низкого сословия.

Я все еще молчала, разглядывая начальника крепости. И тот, вздохнув, перешел к теме, ради которой меня, похоже, и вызвал.

— Я сегодня получил письмо от лорда Августа Клертона, — произнес внезапно лорд Нортвейл, — Он представился вашим опекуном и выразил беспокойство о том, сумели ли вы добраться до крепости.

Выразил он беспокойство. Как же.

Похоже, забеспокоился, когда наемники не вернулись. И когда он не получил от них никаких вестей.

Обрадовался раньше времени уже, небось. Но все же решил убедиться наверняка, пора уже радоваться или еще нет.

Но вместо того, чтобы вывалить на начальника крепости все свое негодование, я попыталась разгладить складки на брюках, которые теперь, неделю спустя, даже находила удобными, а после терпеливо произнесла:

— Не знаю, лорд Нортвейл, известно ли вам об обстоятельствах моего прибытия. Но по дороге сюда кое-что произошло. Мои сопровождающие погибли. И, видимо, поэтому лорд Клертон вам написал.

Начальник крепости, выслушав меня, деловито кивнул.

— Да, Грок сообщал мне об этом.

Вот, значит, как? Я даже не знала о том, кто крепостью командует. Зато самому командованию, похоже, известно абсолютно обо всем, что происходит на вверенных ему владениях.

— Еще в своем письме лорд Клертон потребовал, чтобы ему предоставлялись подробные отчеты о вашей службе, — продолжил тем временем лорд Сайрус.

— А это обязательно? — вскинула я на него взгляд.

Мне бы совершенно не хотелось, чтобы отчиму докладывали о каждом моем шаге. Вообще не хочу, чтобы он хоть что-либо знал о моей жизни.

Лорд Сайрус хмыкнул, откидываясь на спинку своего внушительного кресла. А после взглянул на меня весьма проницательно. С легким прищуром.

— Ни в одном законе ничего не сказано о том, что подобное требование командование крепости должно удовлетворить. И если главе рода, наследник которого проходит обязательную службу, мы бы еще могли пойти навстречу, то обычному опекуну…

Я, кажется, даже не смогла сдержать шумного облегченного вздоха, прерывая тем самым лорда Нортвейла на полуслове.

— Его требование удовлетворено не будет, — взглянув на меня со всей серьезностью, сообщил начальник крепости.

Поблагодарив лорда Сайруса, я поднялась, когда мне позволили вернуться к остальным новобранцам. И, попрощавшись, двинулась к двери.

И когда я уже схватилась за ручку, меня настиг голос лорда Нортвейла.

— Вы очень похожи на своего отца, леди Рейвенкрофт, — произнес он внезапно, — Разговариваю с вами, а ощущение такое, будто на меня смотрят глаза Виктора.

Сглотнув ком, внезапно подкативший к горлу, я кивнула и поспешила выйти за дверь. Чувствовала, что если отвечу хоть что-то, то слез сдержать уже не смогу.

Пока спускалась вниз, старалась успокоиться и не думать об отце. Десять лет прошло с момента его смерти, а мне до сих пор все так же больно и горько. И тяжело дается каждый разговор о нем.

В столовую я все же успела. С мрачным настроем быстро поела и вслед за остальными направилась в один из тренировочных залов, где нас уже ждал куратор.

И как только мы все выстроились перед ним, готовые приступить к следующей тренировке, оказалось, что дожидался нас не только куратор Торн. Но и новости, о которых он нам поведал.

И это заставило меня позабыть напрочь и об отце, и, уж тем более, об отчиме.

Глава 29