— Я могу призвать Ребекку, — оборвала я его, — и если она ответит, вы сможете с ней поговорить. Вы должны понимать. Я не возвращаю ее из мертвых. Я использую свою энергию для поддержания разговора. Это понятно?

Выражение лица Теда дрогнуло.

Я чуть было не пропустила то, как нахмурились его брови, из-за всплеска серебра рядом со мной.

Кора причмокнула губами.

— Что ему действительно нужно, так это перепихнуться.

Я бросила на нее сдержанный взгляд. Возможно, мне следовало найти время, чтобы провести ее на ту сторону до прихода клиента, но сожаления были бесполезны. Теперь мне приходилось иметь дело с навязчивым призраком, изо всех сил стараясь сохранять ауру стоического профессионализма перед клиентом.

— Вы принесли несколько личных вещей Ребекки? — подсказала я.

Тед с готовностью кивнул и достал одеяло, с которым его жена спала с самого детства, расческу с прядями ее волос и, к моему огромному огорчению, силиконовый фаллоимитатор.

— Эм, Тед, я...

— На нем есть немного ДНК Бекки, — быстро сказал он. — Я не стирал ни одну из ее вещей после того, как она умерла, включая...

— Я понимаю, — сказала я, сглатывая желчь, подступившую к горлу.

По ту сторону стола Кора наклонилась, чтобы рассмотреть устройство.

— В восьмидесятые их делали не так хорошо. Какой красивый член. Как думаешь, он такой же большой, как у нашего Тедди? — Она сунула голову в груду разбросанной одежды, прежде чем заявить: — С сожалением должна сообщить, что этот член, судя по всему, принадлежит Теду.

Мои глаза полезли на лоб. Я потянулась за чаем, чтобы хоть как-то оправдать свой сдержанный кашель.

— Я скучаю по ее улыбке, — произнес Тед. А затем, скорее обращаясь к самому себе, добавил: — Я скучаю по ее губам, ее телу, по тому, как она пахнет, как она...

Кора скрестила руки на груди, глядя на меня.

— Он совсем плох. Надеюсь, ты хорошо справляешься со своей работой, потому что ему нужно куда больше, чем просто разговор со своей покойной женушкой.

К счастью, Тедди закрыл глаза в тихих рыданиях, пока я страдальчески пялилась на призрака. Кора уже была мертва, и это усложняло дело, потому что, если она не заткнется нахуй, я ее убью.

Глава 2

ПРИЗРАЧНОЕ ПРИКОСНОВЕНИЕ

Коралин Уинтерс

Жизнь — для живых, как гласит поговорка. Из этого логично следовало, что смерть — для мертвых, а живые могут идти нахуй. Или, возможно, живым и мертвым стоит пристегнуться и потрахать друг друга.

Я прислонилась к доске Уиджи, разглядывая эту готическую девицу, косплеящую Мортишу Аддамс, с ее дешевой краской для волос из коробки, и тонкого как бумага человека, рыдающего по ту сторону стола. За глазами зародилось покалывание, которое спустилось по тому, что когда-то было моим позвоночником. За триста лет блужданий по миру смертных в качестве потерянной души я испытывала это чувство лишь дважды.

Первое покалывание случилось, когда я оказалась в присутствии моей первой ведьмы во плоти и крови.

Второе — три месяца спустя, когда я переписала на нее то, что осталось от моей жалкой жизни.

Эта человечка, Ленора Пендрак, была неограненным алмазом. Я бы пустила слюни от открывающихся перспектив, будь у меня способность пускать слюни. Пришлось довольствоваться покалыванием, которое медленно расходилось по моим конечностям, пока я наблюдала за ней.

У меня не было проблем с вселением в людей — по крайней мере, в тех, кто не был ясновидящими медиумами. Но то, что делала Ленора, было совершенно иным. На фоне ее способностей одержимость казалась дешевым салонным фокусом.

Масштабирование одержимости от простой уловки с проникновением в чужое тело до той аферы по обоюдному согласию, которую проворачивала Ленора, было даром более великим, чем так называемые Небеса. Эта сучка-ведьма видела меня и говорила со мной с легкостью, а значит, она была настоящей. Однако быть медиумом — это не то же самое, что быть успешным венчурным капиталистом, и Ленни требовался небольшой толчок, если она хотела построить империю.

Ленни протянула руки, и мужчина взял их. Он закрыл глаза, потерявшись в своих беззвучных рыданиях.

— Сделайте глубокий вдох вместе со мной, Тед, — сказала она. — Представьте свою жену. Вспомните, как пахнет Ребекка. Вообразите ее смех. Подумайте о том, какие чувства она у вас вызывает.

— Ёб твою мать, — проворчала я.

Ленни приоткрыла один глаз, чтобы бросить на меня испепеляющий взгляд.

Я пожала плечами. Мертвых-то она видела, это да, но со своей работой справлялась паршиво. Вспомнить, как пахла его мертвая жена? Отвратительный способ призвать женщину с того света. Если покойная миссис Бёрк и захотела бы вернуться из страны мертвых, ей понадобился бы стимул получше, чем скорбь ее мужа. И, честно говоря, если Ленни намеревалась превратить это в успешный бизнес, Теду понадобилась бы куда более веская причина возвращаться сюда снова и снова, чем одна-единственная трагичная беседа.

Я не шутила, когда сказала Ленни, что этому парню нужно перепихнуться.