Я наклоняюсь вперед и провожу руками по её волосам, мои костяшки скользят по шее. Мои руки, должно быть, холодные, потому что она вздрагивает и поднимает на меня глаза. У неё действительно самые красивые зелёные глаза. Бледно-изумрудные в центре, с тёмным кольцом по краям. Как сокровище под гладкой водой. Я снимаю наушники с её шеи и осторожно надеваю их на уши, стараясь не зацепить блестящие серебряные кольца, висящие на мочках. Я заправляю волосы под оголовье и задерживаю руку.

— Хорошо? — спрашиваю я. Мой большой палец лежит на впадинке под её ухом. Чувствую там слабое биение пульса, ровное и уверенное. Она смотрит на меня, как на загадку, которую не знает, как разгадать.

Я знаю это чувство.

— Да, — говорит она. Она дарит мне небольшую, неуверенную улыбку. Возможно, это заверение. Или её собственный секрет, я не знаю. Все, что я знаю, это то, что это ощущение какое-то другое, деликатное. Что-то трепетное. Секреты, которыми делятся посреди ночи. Тьма, давящая на окна. Весь город, кружащийся у наших ног.

Она поднимает руку и поправляет наушники.

— Да. Все хорошо, Эйден.

Я опускаю руку, слушаю обратный отсчет, и мы начинаем снова.

ЛЮСИ СТОУН: Ребята, Эйден сказал мне, что смотрит видео на YouTube и плачет.

ЭЙДЕН ВАЛЕНТАЙН: [вздыхает]

ЛЮСИ СТОУН: Большие, жирные слезы.

ЭЙДЕН ВАЛЕНТАЙН: Какой смысл в секрете, если ты собиралась поделиться им со всем миром?

ЛЮСИ СТОУН: [смех]

ЭЙДЕН ВАЛЕНТАЙН: Это не смешно.

ЛЮСИ СТОУН: Тогда почему ты улыбаешься?

Она настоящая. Уравновешенная, весёлая и саркастичная. Остроумная и сообразительная. Мы всё больше и больше времени проводим вместе на телефонных линиях, и Люси очаровывает каждого из наших звонящих.

Даже самых странных.

— Какого вы роста? — спрашивает наш нынешний звонящий, мужчина с резким голосом и абсолютно нулевым тактом. Я хотел отключить его, как только он спросил размер обуви, но Мэгги появилась по другую сторону окна с наушниками в ушах и жестикулировала, чтобы я продолжал. Я не понимаю, зачем, разве что она хочет посмотреть, как у меня взрывается голова в режиме реального времени.

— Эм, — Люси смотрит на меня, и я пожимаю плечами. Насколько понимаю, она здесь босс. И может вести себя так, как хочет. Хотя я, конечно, не был бы против, если бы она закончила этот разговор и перешла к следующему. Он обращается с ней, как с рыбкой в аквариуме. Или с филе на мясной витрине. — Сто семьдесят девять?

— Это высоко, — говорит он.

— Правда? — спрашивает она. — Всегда думала, что я...

— Как выглядит ваше лицо? — перебивает он её.

Она замирает и моргает, удивленная.

— Я не знаю, — медленно говорит она. — Это лицо.

Я прячу улыбку в ладони. Люси в порядке, когда она забывает, что участвует в радиопередаче, организованной для того, чтобы найти ей пару, но как только ей задают прямой вопрос о ней самой, она становится скованной и неловкой.

И она говорит, что это я не умею говорить о себе.

Она замечает мой взгляд, потому что слегка поворачивается на стуле, упираясь коленом в моё бедро.

— Что? — спрашивает она. — Чего ты смеёшься?

Я поднимаю руки.

— Ничего. Я не смеюсь, — подтягиваю микрофон ближе, совершенно не в силах сдержать улыбку. — Не волнуйся, Балтимор. У Люси действительно есть лицо.

Она скрещивает руки на груди.

— Ладно. Скажи ему, как выглядит моё лицо.

— Ну, у тебя есть нос.

Она фыркает.

— И два уха. Они милые.

— Вот и всё, — говорит она парню по ту сторону наушников. Тому, о существовании которого я забыл. — У меня красивые уши.

— Длинные волосы, — продолжаю и улыбаюсь ей. — Чтобы лучше душить меня, — её лоб морщится в тяжелом хмуром выражении. — И у неё появляется ямочка на подбородке, когда она сердито смотрит на меня, — смеюсь я.

Я отклоняюсь, чтобы избежать удара по руке, и держу остальное при себе. О том, что у неё самые красивые зеленые глаза, которые я когда-либо видел. О том, что веснушки на её носу сочетаются с веснушками на плече – теми, которые я вижу каждый раз, когда сползает воротник свитера. О том, что смех хриплый и теплый, он заставляет всё тело оживать. О том, что он начинается где-то в животе и окутывает, заставляя, черт возьми, сиять.

Я замечаю вещи, которые не должен замечать, и не так зол из-за этого, как должен был бы.

— Ничего из этого не помогает, — говорит парень на другом конце наших наушников.

— Тогда ты не тот, кого она ищет, — закатываю глаза и вешаю трубку. — Мы сделаем небольшой музыкальный перерыв. Люси, что ты хочешь послушать?

Она расслабленно сидит в кресле рядом со мной, вытянув длинные ноги под столом. Люси улыбается мне, и я не могу не улыбнуться в ответ.

— «A Kiss to Build a Dream On» Луи Армстронга, пожалуйста.