— Я не отпущу тебя, Элли. Я лучше умру, чем отпущу тебя! Знаю, ты боишься, но ты должна довериться мне, детка. Скажи, что ты всё ещё доверяешь мне.

— Я... я доверяю тебе.

— Хорошо. Теперь хватайся за мои руки. По одной за раз. Я подниму тебя на эту ветку ко мне.

— Я слишком тяжелая!

— Элли, посмотри на меня. Посмотри мне в глаза, — она делает это. — Я. Не. Упущу. Тебя. Клянусь. Я, блять, обещаю тебе, — клянусь я. Она кивает головой и убирает одну руку с дерева, протягивая её ко мне. Моё внимание привлекает большое поваленное дерево вдали, которое несётся по бурной воде прямо на Элли. — Другая рука! Сейчас! — кричу я, не желая её пугать, но требуя, чтобы она действовала быстро. Она колеблется на долю секунды, прежде чем отпустить руку и взяться за мою правую руку. Я крепко хватаю её и поднимаю с огромной силой, несоответствующей моему текущему физическому состоянию. Действую на чистом адреналине.

Элли висит в воздухе над быстро текущей водой. Я подтягиваю её выше, как раз в тот момент, когда большое дерево врезается в то, за которое она держалась. Громкий удар отзывается эхом, заставляя дерево, на котором я сижу, сильно трястись.

— О Боже! — кричит Элли, крепче сжимая мою руку, когда видит, что вызвало суматоху. Я продолжаю подтягивать её. Чем выше она поднимается, тем сильнее мои мышцы напрягаются от её веса.

Как только она подходит достаточно близко к ветке, она перекидывает ногу, а я подтягиваю её до конца. Её маленькое тело сразу же прижимается к моей груди, а она обнимает меня за шею. Она не может сдержать рыданий, осознавая всю серьёзность того, что почти произошло.

Над нашими головами раздаётся раскат грома, напоминающий мне, что сидеть на чёртовом дереве сейчас – не лучшая идея. Мне нужно как можно скорее спустить нас вниз, к тому выступу.

Элли отстраняется и берёт моё лицо в ладони. В её глазах отражается столько любви. Чувство, которое она, должно быть, решила больше не скрывать от меня.

— Ты пришёл за мной.

Я смотрю ей в глаза, чтобы она могла увидеть честность, преданность и искренность моего обещания.

— Всегда.

ГЛАВА 30

ЭЛЛИ (НАСТОЯЩЕЕ)

– Давай, Пип, нам нужно уходить.

Нейт спрыгивает с дерева, разбрызгивая грязь под ногами. Он протягивает руку, давая понять, что собирается поймать меня, и я не могу быть более благодарной. Всё моё тело в ссадинах и синяках. Лесная подстилка поцарапала мне кожу, когда наводнение унесло меня в кусты и деревья, обдирая о камни под ногами. Я чувствую себя так, как будто только что пережила аварию с участием восьми автомобилей. Такую, где все восемь машин врезались в меня.

— Тебе нужно прыгнуть, Пип. Ты не упадешь.

— Я знаю, — и я действительно знаю. Нейт ни разу не подвёл меня с тех пор, как мы сели на самолёт в Бразилию. Я даже не верю, что он подводил меня в прошлом. У меня есть ощущение, что все пережитые мной страдания и боль были ещё одним способом Нейта поставить меня на первое место. Просто тогда я этого не понимала.

Но теперь понимаю.

Я прыгаю с самой низкой ветки в протянутые руки Нейта. Он ловит меня, как и обещал, опуская меня на своё тело, но я не отпускаю его. Мне просто нужно прикоснуться к нему. Я обнимаю его за талию и крепко прижимаюсь к нему. Интенсивное желание почувствовать биение его сердца заставляет меня прислонить ухо к его груди. Постоянное стучание, которое резонирует от его левой грудной мышцы, замедляет биение моего собственного сердца, приводя его в соответствие с его ритмом и избавляя меня от накопившегося адреналина. Он прижимает мою голову к своей груди, запутывая пальцы в моих волосах, пока я замедляю дыхание. Это было слишком близко к комфорту. Слишком многое могло остаться несказанным между нами. Хотя я уже сказала ему, мне нужно, чтобы он действительно знал, действительно понимал. Я отстраняюсь, чтобы посмотреть ему в глаза.

— Я люблю тебя, ты же знаешь, — говорю я со всей убедительностью, на которую способна.

Уголок его рта поднимается в небольшой улыбке.

— Я знаю, — шепчет он. — Я тоже люблю тебя, — он прижимает меня к себе, и я таю в его надежных объятиях. Здесь моё место – в объятиях Нейта, в безопасности и под защитой. Это всегда было моё место. Кэти никогда не могла его занять. Думаю, в глубине души она тоже это понимает.

Рёв грома вдали возвращает мои мысли в настоящее и гасит утешение, которое я нахожу в объятиях Нейта. Яркая вспышка молнии заставляет нас разняться. Нейт ругается, отпуская моё тело и хватая меня за руку. Он начинает вести нас в том направлении, откуда мы пришли, обратно к месту, где нас смыло наводнение.

— Мы идём не в ту сторону. Наводнение унесло нас в правильном направлении, к скалам, — говорю я, пытаясь потянуть его в противоположном направлении. — Хотя я бы предпочла идти своими ногами, — бормочу я, чувствуя боль, которую раньше была слишком рассеяна, чтобы ощутить.