— Ты не думаешь, что это безумие? Быть такими молодыми, но такими уверенными, что мы нашли свою половинку? Нашу любовь на всю жизнь?

Минуту обдумываю ответ.

— Я думаю, что большинство людей только мечтают почувствовать то, что я почувствовал, когда увидел тебя сидящей напротив меня в библиотеке. Тогда я не знал, что это значит. Я просто знал, что ты должна быть моей, — я ласково глажу её щеку, любуясь тем, как её глаза закрываются от моего прикосновения. — Я думаю, что большинство людей всю жизнь ищут свою вторую половинку и никогда её не находят. Так что нет, я не думаю, что мы сумасшедшие. Я думаю, что нам повезло. Мы сможем провести остаток нашей жизни, испытывая любовь, которую большинство людей никогда не испытают.

— Да, — она тепло улыбается. — Я думаю, что мы счастливчики, — Элли обнимает меня за талию и через несколько секунд мирно засыпает в моих объятиях, пока снаружи бушует буря.

Не наю, что уготовила нам судьба, но я знаю, что проведу остаток своей жизни, любя девушку в своих объятиях.

ГЛАВА 26

НЕЙТ (НАСТОЯЩЕЕ)

Лесная подстилка усыпана опавшими ветками и прелой листвой; густой, переплетённый подлесок мешает идти по прямой. Вспышки солнечного света пробиваются сквозь плотный лесной массив, позволяя буйной растительности цвести на богатой почве. Путь постоянно меняется: то мрачные тени дебрей, то открытые заросли кустарника – всё зависит от густоты переплетения ветвей над головой. Идти легче под тяжелыми кронами деревьев, так как они хорошо блокируют палящее солнце и сдерживают рост травы и кустов. К сожалению, большая часть нашего пути пролегала под редкими верхушками пальм, что делало условия гораздо тяжелее. Непроходимая листва в сочетании с полным отсутствием троп подтверждает: эта часть амазонских джунглей необитаема.

Что для нас совсем не к добру.

Пока мы продираемся сквозь джунгли, пот градом катится по спине; влажность кажется почти невыносимой. Такое чувство, будто подставил лицо под включённый фен и при этом пытаешься сделать глубокий вдох. Мы идём ещё несколько минут, прежде чем оказываемся в более тёмной и прохладной экосистеме. И хотя в затененных местах меньше шансов найти припасы, я благодарна, что палящее солнце больше не печёт нам спины. Жара здесь настолько сильная, что обезвоживание наступает стремительно.

Держа Элли за руку, мы идём по густому лесу в поисках материалов, которые помогут нам построить временное укрытие. Ноги всё ещё болят от долгого заплыва до берега, но даже если бы мне отрезали конечности, это не помешало бы мне защитить Элли сегодня ночью.

Впереди я вижу протоптанную тропу, вероятно, проложенную животными, которые ходят по этой местности. Направляюсь в том направлении и надеюсь, что тропа приведёт нас к источнику воды. Нам нужна вода даже больше, чем укрытие. Мы потратили много энергии, плывя к берегу, и ещё больше, когда добрались сюда.

Возможно, это моя вина.

Я прикасался к Элли так, как мне хотелось последние восемь лет, и ничто не могло меня остановить. Не тот факт, что мы застряли здесь без еды... без укрытия... без воды. Единственное, что имело значение в тот момент – это мои губы на её губах. Мои руки на её теле. Тихий стон, который я издал, находясь между её ног.

Она сказала мне, что любит меня.

Я мог бы умереть сегодня и сказать, что прожил хорошую жизнь. Моя девочка... моё всё, она всё ещё любит меня. Блять, как же это трогает моё сердце. Вот мы, застрявшие в самой ужасной ситуации, но я не мог не чувствовать себя легче и счастливее, чем когда-либо.

Элли натыкается на мою спину, когда её нога цепляется за корень дерева, торчащий из земли у наших ног. Оборачиваюсь, чтобы положить руку ей на спину и помочь ей удержать равновесие, пока она не придёт в себя. Я снова беру Элли за руку и держу её тело близко к себе, пока ищу признаки опасных диких животных.

Мы добираемся до ровной местности, протоптанной и размытой от интенсивного движения людей... или, скорее, животных. Чувствую, что наконец-то иду по твёрдой земле, и это всё, что имеет значение. Мои икры горят, даже несмотря на интенсивные тренировки ног, поэтому я знаю, что Элли, должно быть, больно.

— Постарайся держаться ближе к середине тропы, Пип. Я не знаю точно, где мы разбились, но в любой точке Южной Америки много опасных животных и насекомых. Я не хочу, чтобы ты наткнулась на ядовитого паука.

— Это был бы лучший вариант, — отвлечённо бормочет она. Похоже, она погружена в раздумья, вероятно, гадая, как я собираюсь вытащить нас отсюда.

Я тоже, малышка.

— Лучший способ для чего? — спрашиваю я, пытаясь вернуть её в настоящее. Рассеянность здесь может быть смертельной.

— Хм? О. Паук. Я хочу умереть именно так, — заявляет она, как будто это самое нормальное, что можно сказать.

— Ты не «умрешь», Элли. Ты выберешься отсюда. Обещаю.

— Если ты даёшь мне обещание, то говори «мы».

— Что?

— Ты сказал «ты выберешься отсюда». Мы выберемся. Я никуда не пойду без тебя.