— Его лицо! — кричу нашим спасителям. — Почему у него такое лицо? — требую я ответа. — Его лицо обычно так не выглядит! Это не он… пожалуйста, пожалуйста, сделайте так, чтобы он снова стал похож на себя, — молю я. — Это не Нейт. Это не мой Нейт. Ты не мой Нейт! — завываю я, крича на его неподвижное тело. Мои слова звучат глухо, я рыдаю взахлёб.

Мужчины стоят поодаль, глядя на меня с таким сочувствием, что это приводит меня в ярость.

— Не смотрите на меня так! — кричу я. — С ним всё в порядке, с ним всё будет хорошо! Нам просто нужно доставить его на корабль, и он поправится.

Я забираюсь на кровать, устраиваясь рядом с ним. Он такой холодный. Почему он такой холодный? Я беру его ладонь в свои и согреваю её своим горячим дыханием, растирая её, чтобы он согрелся. Ему нужно тепло. Он не любит холод. Я не хочу, чтобы он уходил отсюда, чувствуя холод.

— Всё хорошо, Нейт, — шепчу я. — Я тебя согрею.

Я поднимаю взгляд на его мирное, припухшее лицо… на его посиневшие губы. Его веки плотно сомкнуты, скрывая великолепные зелёные глаза.

Я просто хочу увидеть их ещё один раз.

Всего один раз.

Правда, которой я избегала, правда, что была прямо перед глазами, бьёт меня наотмашь.

Мёртв.

Вот так выглядит мёртвый человек.

Его нет.

Нейта больше нет…

И он умер один.

Меня не было рядом, когда он сделал свой последний вздох. А вдруг ему было страшно? Вдруг он звал меня, а я не пришла? Вдруг он не спал и задыхался? Было ли ему больно? Волновался ли он за меня? Он всегда за меня волнуется…

Я должна была быть здесь. Я должна была держать его, когда он покидал этот мир.

Я не успела попрощаться.

Он ушёл прежде, чем я успела сказать «прощай»! Рыдания сотрясают меня, когда я осознаю, что никогда не верну наши последние мгновения. У меня не будет второго шанса. Его последнее воспоминание обо мне – то, как я ухожу. Оставляя его умирать в страхе и одиночестве.

Я никогда себе этого не прощу.

Я оставила его.

Он был, блять, совсем один!

Я натягиваю его руки на себя и прижимаюсь к его груди. Закрываю глаза, плача ему в шею.

— Теперь я с тобой, малыш. Ты больше не один.

Мужчины выходят из убежища, давая мне побыть наедине с моим мужем.

С любовью всей моей жизни.

С моим Нейтом.

В этот раз мы должны были получить свой счастливый финал.

— Прости меня, Нейт, — шепчу я сквозь слёзы, — Прости, что я не смогла защитить тебя так, как ты всегда защищал меня. Я скоро буду с тобой, любимый. Выбери для нас местечко на небе посимпатичнее, ладно? — из меня вырывается громкий, болезненный всхлип. — Помнишь… ты обещал найти меня в каждой жизни. Что будешь ждать меня в ином мире. Так жди меня, любовь моя, — я нежно целую его губы, мои слёзы падают на его застывшее лицо. — Спасибо, что подарил мне лучший год в моей жизни, — шепчу я, зная, что ради этого года я бы снова прошла через всё это. — Я люблю тебя, Нейт. Буду любить тебя целую вечность.

Я поднимаюсь с нашей постели и плотно укутываю его в наше одеяло. Выхожу из своего дома – лишь тенью той женщины, что вошла сюда несколько минут назад. Мужчины с корабля стоят у входа, их глаза полны искренней скорби и сочувствия.

— Поможете мне перенести его? Мне нужно… мне нужно забрать его домой с собой, — говорю, и слёзы градом катятся по лицу.

Мужчины осторожно поднимают Нейта с нашей кровати… из нашего дома. Мы идём обратно к берегу, к кораблю, который отвезёт мою любовь к его последнему пристанищу. Когда мы добираемся до судна, я рассказываю им нашу историю: как мы оказались на острове, как выживали этот год.

Они связываются с береговой охраной США и берут курс на Соединённые Штаты. Для меня на борту готовят каюту, но я остаюсь с Нейтом в трюме корабля. Здесь холоднее, и им нужно сохранить его тело как можно лучше. Его хотели положить в морозильную камеру, но я не выдержала. Если придёт время и ему придётся там оказаться, я буду там прямо рядом с ним. Я не оставлю его одного.

Больше никогда.

ГЛАВА 52

ЭЛЛИ (26 ЛЕТ)

Как только мы прибыли в Соединённые Штаты, меня отвезли в больницу. Я не хотела оставлять Нейта, но его тело должны были забрать в морг. Если бы мне позволили, я бы спала там, внизу, рядом с ним.

Меня тщательно обследовали, взяли несколько пробирок крови, чтобы убедиться, что со здоровьем всё в порядке. Врачи были удивлены тем, что у меня нет истощения. Чувствую, что все мои анализы будут в норме. Мы вели там вполне обычную жизнь. У нас никогда не было недостатка в еде или воде, по крайней мере, после тех первых дней.