Моя мать подарила мне жизнь, находясь в статусе тайной любовницы, навсегда перечеркнув мои шансы на всеобщее уважение. Этот факт биографии служил отличным поводом для постоянных, ядовитых шепотков за моей спиной.

Я демонстративно протянула руку и уверенно перехватила тонкую фарфоровую ручку чашки. Начищенный металл подноса тускло поблескивал, отражая исходящий от варева густой, сизый пар. Терпкий аромат целебных трав мгновенно ударил в нос, пробуждая на самом дне души глухое раздражение.

— Госпожа пожелала вам самых сладких, спокойных снов, — пробормотала служанка, переминаясь с ноги на ногу под моим тяжелым взглядом.

Вкус этого варева преследовал меня все последние месяцы, въевшись в самую подкорку моего сознания. Я сделала глубокий вдох и в несколько глотков осушила емкость до самого дна, чувствуя обжигающий жар. Теплая жидкость прокатилась по горлу, оставляя на языке знакомое горькое послевкусие.

Употребление этой дряни вызывало у меня чистое физическое отторжение, заставляя внутренности сжиматься в тугой узел. Заботливая сестренка с маниакальным упорством продолжала поить меня своими успокоительными сборами каждый божий вечер. Я возвращала пустую посуду на поднос с грацией истинной королевы, подавляя дикое желание швырнуть этот фарфор прямо в лицо девице.

— Передай моей дорогой сестре слова искренней, глубочайшей благодарности за ее трогательную заботу.

Я растянула губы в безупречно вежливой, лучезарной улыбке, демонстрируя абсолютную сестринскую преданность.

— И пожелай ей самых светлых сновидений в эту теплую ночь.

Служанка торопливо поклонилась и скрылась в полумраке коридора, унося с собой омерзительную посуду. Тяжелая дверь плотно закрылась, оставляя меня наедине с нарастающим внутри странным, тягучим спокойствием. Травы Мелиссы всегда действовали исправно, превращая мои острые, ранящие мысли в послушную вату.

Что ни говори, а сон с этой травы был отменный. Никаких кошмаров об убитом драконе на полу его кабинета. Первые месяцы после казни мне дались слишком тяжело.

Да и поддержание иллюзии нашей крепкой сестринской дружбы оставалось моей главной, жизненно важной задачей на текущий момент. Мелисса из кожи вон лезла ради нашего сближения, старательно выискивая ключи к моему наивному доверию. Прямой конфликт сейчас способен полностью разрушить мою выверенную, многослойную стратегию мести.

Мне требовалось держать этого улыбчивого, ядовитого паука на максимально коротком поводке, усыпляя ее бдительность.

Моя рассудительность и злой ум представляли для сестры угрозу. Ей требовалась истеричная, вечно уставшая дурочка, нуждающаяся в постоянной опеке своей доброй родственницы. Я глотала этот горький отвар, добровольно надевая на себя маску удобной, покладистой жертвы, а на следующий день была той, кого она хотела видеть.

Я погасила свет и позволила себе опуститься на край широкой кровати, чувствуя медленное действие выпитого зелья. Откинула край тяжелого шелкового покрывала и забралась в постель. Травяной отвар Мелиссы уже начал свое убаюкивающее действие, превращая мысли в густой кисель. Тело расслабилось, полностью отдаваясь мягкости матраса, и я погрузилась в поверхностный сон.

Не знаю сколько я пролежала в таком состоянии, но в какой-то момент послышался скрип двери. Я замерла, сохраняя ровное дыхание глубоко спящего человека.

Сквозь полуопущенные ресницы я видела силуэт Мелиссы. Она медленно прошла через всю комнату и склонилась надо мной, внимательно изучая мое лицо.

Что ты задумала?

Девочки мои, я хочу познакомить вас с еще одной историей из литмоба "Я убила дракона"

Это роман Матильды Аваланж

"Служанка ректора Академии военных драконов 2"

Третьесортная, отребье, обслуга - таковы клички кадетки Военной Академии Драконов, в теле которой я оказалась.

Дочь служанки, чудом попавшая в место, где обучается элита нации, она думала, что вытащила счастливый билет. И до одури влюбившись в красавца-ректора, создала его фан-клуб.

Но плата за наивность восторженной глупышки была слишком высока.

Теперь в ее теле я. И я намерена выгрызть себе место под солнцем Драконьей империи.

Высококровные пожалеют о том, что сделали со мной.

Но особенно ты, мерзавец-дракон.

Ведь даже у беспощадного неотразимого ректора найдется своя слабость...

10

Мелисса замялась на мгновение, затем выпрямила спину и скользнула к туалетному столику. Я замерла, плотно вжимаясь в матрас.

Шорох ткани слился с тонким звоном стекла, а следом раздался влажный хлопок откупоренной крышки, словно лопнула крошечная мембрана. Пальцы сестрицы торопливо извлекали загадочный предмет из складок платья. Ровное, сосредоточенное дыхание Мелиссы дополняло едва различимое металлическое бряцанье.

Наступила абсолютная тишина. Спустя мгновение половица жалобно скрипнула под чужим весом, и дверь мягко закрылась за спиной ушедшей, выдавая многолетнюю привычку красться по чужим комнатам.