Я продолжала лежать со смеженными веками, мысленно отсчитывая секунды. Пять, десять, двадцать. Мое терпение иссякло ровно на сто двадцатой, позволив мне наконец сбросить оцепенение и подняться с постели.

Включив свет, я шагнула к деревянной столешнице. Видимость идеального порядка обманула бы любую случайную гостью.

Пудреница, разнообразные флаконы и щетка с перламутровой ручкой послушно лежали на своих законных местах. Мой взгляд методично скользил по каждой мелочи, пока остановился на тяжелом сосуде с кремом для подготовки кожи к густым белилам.

Увесистый бочонок из граненого стекла цвета темного янтаря венчала массивная позолоченная крышка в форме бутона розы. Матушка вручила мне этот подарок за год до своей смерти, привезя редкость из южной аптеки, снабжавшей косметикой сам императорский двор.

Тогда этот сосуд казался мне настоящим чудом, и я берегла его с маниакальной серьезностью, позволяя себе зачерпнуть каплю средства исключительно перед важнейшими выходами в свет.

Сейчас уровень драгоценной мази заметно изменился. Поднеся флакон к глазам, я перевернула его дном вверх, внимательно изучая содержимое на просвет. Смесь загустела и приобрела мутный желтоватый оттенок.

Вернув стекло на законное место, я выпрямилась, наслаждаясь внезапной ясностью мыслей. Память услужливо подкинула четкое воспоминание о приеме у леди Бландшир.

Тот вечер я провела дома из-за жутких красных пятен на лице, обезобразивших кожу на целый месяц. Приглашенный лекарь лишь разводил руками, ссылаясь на острую аллергию загадочного происхождения. Чуть позже заботливая Мелисса притащила целый набор успокаивающих мазей, щедро сдабривая их сочувственными вздохами, и воспаление благополучно прошло.

Именно этот матушкин крем я использовала за пару часов до злополучного высыпания. Впоследствии флакон открывался крайне редко, пока я окончательно не убедила себя в естественной порче продукта. Какая восхитительная закономерность.

Я одарила свое отражение жесткой улыбкой. Завтра состоится очередной вечер леди Бландшир в честь юбилея ее покровительства академии изящных искусств.

Масштаб события гарантировал визит самого Кейрана, обычно презирающего людные сборища. Его присутствие означало официальные договоренности, обязательные рукопожатия и публичную демонстрацию собственной персоны. Учитывая грядущую помолвку, местные матроны наверняка планировали разглядывать будущую избранницу под увеличительным стеклом.

Появление на публике с высыпаниями на лице обернется катастрофой, жестокими насмешками и мгновенным слухом о бракованном товаре маркиза де Грейса. Мелисса сделала верную ставку на мою привычку использовать густую базу перед выездом.

Я с удовольствием разрушу ожидания сестрицы. Точнее, я обязательно использую подарок, предварительно заменив грязную смесь на чистую успокаивающую основу.

Пальцы снова обхватили прохладное стекло, а грудь сотряслась от тихого смеха. Янтарный бок сосуда поймал отблеск пламени, подчеркивая подлинную красоту старинной вещицы. Матушкин подарок во второй жизни оказался на редкость полезным, давая отличный шанс испортить этой мелкой дряни все планы.

— Ты сослужишь мне отличную службу, — прошептала я.

Оставив флакон в покое, я сладко зевнула, погасила свет и скользнула под одеяло. В эту ночь сон накрыл меня меня не сразу, повинуясь исключительно моему желанию поразмышлять перед завтрашней бурей.

Хочу познакомить вас с еще одной книгой в рамках литмоба "Я убила дракона"

Роман Анастасии Милославской "Собственность Верховного Инквизитора"

Я очнулась в теле бедняжки, отбракованной мужем сразу после первой брачной ночи. Запертая в обители, где творятся настоящие зверства, она должна отписать всё своё имущество алчному супругу и навсегда исчезнуть.

Но у меня на этот счет совсем другие планы. Я собираюсь выстоять и вернуть себе всё, что причитается по праву.

Только вот, пытаясь выбраться и оправдать себя, я привлекла внимание того, кого следовало избегать. Верховный инквизитор – жестокий палач в серебряной маске зверя – хочет заключить со мной договор в обмен на свободу.

И цена будет чудовищной.

11

Я замерла перед массивной створкой отцовского кабинета, прокручивая в голове заготовленную речь. Стянутая после утреннего умывания кожа требовала увлажнения, заставляя меня вспомнить о спасительном креме.

Содержимое щедро подаренного матушкиного флакона благополучно покоилось на дне ночного горшка. Сегодня моей изобретательной сестрице предстоит разработать совершенно иной план устранения конкурентки.

Мне жизненно требуется обзавестись качественным средством для лица. Вечерний прием у леди Бландшир затянется до глубокой ночи, грозя превратить мою кожу в пересушенный пергамент. Визит в аптеку на Серебряной улице становится первоочередной задачей этого утра.

Костяшки пальцев глухо ударили по полированному дереву. За створкой царила абсолютная тишина. Я повторила стук с удвоенной настойчивостью.