— Я знаю, что Хартвелл мечтает о реванше. Я знаю, что портовые инспекторы продажны. И я знаю, что деньги, вложенные правильно, обеспечат результат. Остальное, как вы сами сказали, вопрос юридического оформления. А это ваша территория.

Девочки, вот вам еще одна книга нашего литмоба "Я убила дракона"

Адель Хайд "Юленька и дракон. Дело вдовы Завадской"

Попала в тело богатой вдовы, которую обвинили в убийстве любовника‑дракона. Вот только она никого не убивала, а теперь и вовсе это я. Мне надо дела поправлять и состояние, промотанное любовником, восстанавливать. А причём здесь глава службы императорской безопасности? Проходите мимо — драконам вообще сюда ходить не рекомендуется!

14

Азберг медленно выпрямился в кресле. Взгляд юриста приобрел хищную цепкость голодной дворовой собаки, почуявшей запах свежего мяса.

— Обычно подготовка документов занимает пару суток, — произнес он подчеркнуто деловым тоном. — Мы провернем все прямо сейчас. У меня припасены готовые бланки, я проведу регистрацию фонда сегодняшним числом.

Он выдвинул ящик стола, извлекая стопку плотной бумаги с водяными знаками. Такие листы обычно пускают на оформление кабальных сделок или завещаний богатых вдов.

— Миледи, я обязан прояснить одну деталь.

Мужчина посмотрел на меня с профессиональным сочувствием могильщика, оценивающего габариты будущего клиента.

— Ленгтон обязательно будет копать под вас глубоко и яростно. Фонд скроет ваше имя от случайных зевак, однако целенаправленное расследование барона с его связями в магистрате гарантированно выведет ищеек на след.

— Между мной и Ленгтоном встанете вы, — я ответила максимально спокойно, глядя ему прямо в глаза. — Рядом с вами встанет Хартвелл, портовые инспекторы и три слоя юридических прокладок.

Барон увидит исключительно рутинную коммерческую операцию очередного анонимного фонда. В столице ежемесячно плодятся десятки подобных контор.

Азберг задумчиво кивнул, обмакнул перо в чернильницу и придвинул к себе чистый лист.

— Начнем с устава. Полное наименование, цели, распределение долей, следом пойдет доверенность на мое имя для распоряжения средствами. Дальше мы запечатаем документ с указанием бенефициара для банковской ячейки. Отдельным пунктом оформим договор о партнерстве с фиксацией моей десятипроцентной доли.

Острие пера царапало плотную бумагу, оставляя ровные чернильные строчки. Моя злость обретала физическую форму, превращаясь в идеальный юридический инструмент.

— Параграф третий, — бормотал Азберг, строча с пугающей скоростью. — Управляющий партнер обладает правом совершать сделки от имени фонда в пределах утвержденного бюджета. Параграф четвертый гласит, что все операции свыше пятидесяти золотых требуют письменного одобрения бенефициара через систему кодированных посланий.

Он поднял голову, ожидая моей реакции.

— Нам понадобится шифр. Простой и надежный. Предлагаю использовать нумерацию страниц любой общедоступной книги. Вы выбираете издание, а все наши переписки пойдут через ссылки на конкретные строки. Посторонние увидят исключительно обсуждение литературных вкусов между юристом и клиенткой.

— «История Северных Завоеваний», издание Имперской типографии, том второй, — произнесла я, кривя губы от горькой иронии собственного выбора.

Азберг записал название и вернулся к работе. Следующие полтора часа я монотонно подписывала бумагу за бумагой, привыкая к скрипу пера и мелкому убористому шрифту.

Устав фонда, доверенность, партнерский договор, распоряжение о переводе средств через посредника в Торговом банке, инструкции для связи с Хартвеллом. Запечатанный конверт с моим именем Азберг обильно залил темно-синим сургучом.

Юрист аккуратно выровнял края пухлой папки, перевязывая ее плотным шнурком. Его лицо приобрело сосредоточенное, абсолютно благоговейное выражение человека, нашедшего золотую жилу.

— Миледи, — он посмотрел на меня с искренней преданностью перебежчика, вовремя сменившего сторону. — Я свяжусь с Хартвеллом завтра утром. К вечеру мы получим полный список грузов Ленгтона, ожидаемых в порту в ближайший месяц. Закупку шелка начнем сразу ради экономии времени.

Я медленно поднялась, разглаживая складки платья, и натянула перчатки.

— Одно крошечное дополнение, господин Азберг.

Он вопросительно приподнял брови.

— После завершения дела Ленгтона, когда его груз арестуют и шелк взлетит в цене, вы выкупите все долговые расписки моего отца. Абсолютно все. У Ленгтона в том числе. Через посредников, анонимно, по рыночной стоимости. Эти расписки перейдут в полную собственность фонда.

Азберг часто заморгал, переваривая услышанное.

— Вы планируете стать кредитором собственного отца?

— Кажется, вы забыли, что нам нужны патенты на южные земли. Никаких денег мира не хватит, чтобы папенька продал их мне. А вот долги...

Я направилась к двери, но на пороге обернулась.