В 21:15 – в помещении появилось множество агентов ФБР в форме, от которой покраснела добрая часть женского общества (не будем их винить). Остальные сделали то, что умеют лучше всего: замерли и попытались выглядеть занятыми. Я, между прочим, проявил галантность: спас Бьянку от возможного «задыхания» от корсета, передав ее одному из агентов (мелочь, но приятно).

В 21:42 – ФБР решило, что сегодняшний вечер слишком насыщен смыслами, и увели господина Торна и его будущего зятя Патрика Дугласа в темную комнату особняка на допрос. Гости, допив последние капли шампанского и закинув в рот канапе с черной икрой, отправились по домам в ожидании самых заманчивых сплетен Чикаго.

И да – не забудем о том, что самое интересное еще впереди. Тем временем нам остается лишь наблюдать и наслаждаться этим невероятным сериалом.»

С уважением (и легким привкусом иронии),

Нолан Роут, главный редактор «Чикаго и его лица».

– Сколько ты сможешь продержать эту статью на главной странице? – спросил я, откидываясь на спинку кресла в своем кабинете.

Мне доставила удовольствие каждая строчка. Я даже пару раз усмехнулся.

Конечно же, никакого рейда ФБР не было. Мне и моим людям просто удалость сделать так, чтобы все в это поверили.

Нолан шумно выдохнул в динамик телефона.

– Час, максимум два. Я уверен, Торн уже направил своих людей в мой офис.

– Этого достаточно. Интернет помнит все.

– Мистер Делла Морте, – начал он. – Наша договоренность…

– Еще две статьи – и ты свободен, – прервал его я и сбросил вызов.

Я отложил телефон на стол и, не в силах удержаться от привычного жеста, зажег сигару. Тонкий дым заполнил кабинет, смешался с ароматом дорогого дерева и терпкой памятью о сегодняшнем вечере.

Я позволил себе ровно одну минуту, чтобы вспомнить, как Бьянка упала на пол в приемном зале, а ее отец и будущий супруг даже не дернулись, чтобы проверить, не расколола ли она себе череп. Это было красиво и жалко.

Дверь кабинета открылась, и вошли мужчины, которым я доверял не только свои дела, но и жизнь.

– Что с товаром? – спросил я у Дарио, своего кузена, плюхнувшегося на диван.

Его темно-каштановые волосы были в полном беспорядке. Даже сейчас его рука снова и снова запутывалась в прядях.

– Уничтожен, – хмыкнул он, стрельнув в меня глазами. Он сбросил пиджак, оставшись в белой рубашке, заляпанной кровью.

– Ранен? – поинтересовался я.

Дарио посмотрел на свою грудь, провел по кровавому следу пальцем, а затем облизнул его, гоняя по рту вкус, словно сомелье, дегустирующий вино.

– Не моя.

Иногда он был полным психопатом.

– Хорошо, – протянул я, стряхивая пепел в мраморную пепельницу. – И сколько судов ушло ко дну?

– Три, – ответил Рафаэль, другой мой кузен, прислоняясь к косяку.

Его серый костюм был идеально выглажен, будто он только что вернулся не с рейда, а с приема у президента. На лице плясала вечная усмешка человека, который не верит ни в судьбу, ни в Бога, только в месть.

– Один в Нью-Джерси, второй у побережья Джорджии. Третий… – он сделал паузу, и я поднял взгляд. – Третий они даже не успели разгрузить. Мы его просто забрали.

Я поднял бровь.

– Забрали?

– С экипажем, – лениво вставил Дарио, положив лодыжку на колено. – Смешные парни. И кровавые, – он снова бросил взгляд на свою рубашку.

Марко, мой верный друг, стоявший позади всех, чуть ухмыльнулся. У него была тяжелая фигура, широкие плечи и шрам от уха до подбородка. Он редко говорил и предпочитал выстрелы слову.

– Мы лишили Торна примерно десяти процентов оборота, – уточнил Раф, подходя ближе. – В новостях уже крутят «утечку» об атаке на суда Торна. Якобы пиратство.

Я вдохнул глубже, чувствуя, как никотин ударяет в легкие.

– Ты серьезно хочешь, чтобы общество и Торн поверили в пиратов?

– Конечно, – пожал плечами он. – Люди верят в НЛО, Энцо. Пираты куда реалистичнее.

Я даже и не знал, как с ним поспорить.

– Торн поднимет шум, – наконец сказал я. – А шум – это то, что привлекает внимание.

– Пусть поднимает, – ответил Дарио. – После статьи о помолвке он выглядит, как старый клоун с расстегнутыми штанами.

– К тому же, – добавил Раф, – его дочь теперь в твоем доме.

Он не спрашивал, а утверждал, потому что был уверен, что мы с Марко справились.

– Да, – все же подтвердил я, а потом перевел взгляд на Марко. – Придурок в подвале?

Он кивнул.

Дарио поднялся с дивана и потянулся.

– Отлично, мне нужно расслабиться перед сном.

Я вышел из-за стола, и мы вместе направились в часть дома, которая больше других была пропитана криками и молитвами.

– Лавиния? – спросил я, бросая взгляд на Рафа и расстегивая на ходу рубашку.

– Дома. Думаю, мастурбирует на электронные таблицы или типа того.

Я дал ему подзатыльник с такой силой, что он чуть не полетел вниз по лестнице, ведущей в подвал.

– Мне не нужно знать, на что мастурбирует моя сестра. И твоя, кстати, тоже, – рявкнул я.

Мы были троюродными кузенами, но все же родственниками.