– Не ходи пока домой, – попросил он, и они устроились в гнёздышке в траве по колено и стали смотреть на небо.

– Разве полночь не волшебная? – спросила Вивиан, протягивая руки к звёздам.

– Это не настоящая магия, – сказал Эйден. – Хотел бы я, чтобы она была. Жизнь большую часть времени – это сплошная тягомотина: рождение, школа, работа, смерть – понимаешь. Хотел бы я, чтобы случилось что-нибудь волшебное.

«Ты хочешь магии? Я могла бы тебе её дать», – подумала она.

– Какой магии? – спросила она. – Например, найти дверь в волшебную страну? Или монету, исполняющую желания? Или встретить ведьму?

Эйден рассмеялся.

– Всё вышеперечисленное.

– А что, если она злая ведьма?

– Может быть, я бы нашёл в ней добро.

– А как насчёт вампиров?

– Не знаю. Может быть, есть и хорошие.

– А как же горячие оборотни? – спросила Вивиан.

Эйден обнял её:

– Теперь ты глупишь.

Они погрузились в длинную траву луга, переплетаясь друг с другом. Воздух был наполнен запахом сладкого измельченного сена.

– Ты дикая, – пробормотал Эйден, сонно уткнувшись в ложбинку между её грудями, прежде чем поцеловать родинку.

– Угу. – Вивиан погладила его волосы, наслаждаясь тем, как она опьянила его желанием. Он поцеловал её в губы, и она ответила на поцелуй яростно, сильно прижимаясь к нему, крепко держа его за рубашку. Её пальцы нашли кружок за его карманом – загнутый край резинки, обернутой фольгой. По её телу пробежала такая острая и восхитительная дрожь, что на мгновение ей показалось, будто она превращается.

Дрожащими пальцами она расстегнула рубашку Эйдена. Она провела руками по его крепкому животу и груди. Его кожа горела огнем, была такой гладкой и непривычной для нее. Она поласкала его шею зубами, стараясь не кусать слишком сильно. Его дыхание стало прерывистым. По реке разнесся хор воплей. Вдали взорвалась петарда. Или это был выстрел из пистолета? Вивиан замерла.

– Ой! Твои ногти. – Эйден отпрянул.

Она быстро убрала когти.

– Прости. Я…

Эйден озорно рассмеялся и снова потянулся к ней.

– Дикая женщина.

Вивиан почувствовала какую-то вибрацию в земле. Она с трудом поднялась на колени, пока Эйден держался за неё и что-то бормотал в знак протеста. В ночи по траве пронеслась тёмная масса, приближаясь к ним.

– Что случилось? – спросил Эйден и поднялся на колени рядом с ней.

– Ничего, – сказала она, обняла его и повалила на землю. «Это не может быть стая», – подумала она. – «Они бы ни за что не стали бегать в городе. Но их было слишком много, чтобы быть только Пятёркой».

Эйден перевернулся на неё сверху, и она попыталась изобразить интерес. Ей нужно было занять его. Если бы он увидел, кто охотится сегодня ночью, он мог бы запаниковать и убежать; а если бы он побежал, он стал бы добычей. Трава шумела всё громче и громче, словно приближалась буря. Безмолвно они приближались – множество лап тихо топали. Они прошли справа.

– Что за... – Эйден сел.

Вивиан обхватила его шею рукой и потащила назад.

– Лежи, – сказала она. – Собаки. Они сходят с ума в стаях.

Эйден выглядел испуганным.

– Боже, их так много.

Их запах наполнил воздух – знакомые ароматы. Астрид шла впереди. Черт бы побрал эту суку. О чем она думала, возглавляя такой большой забег прямо посреди Ривервью? За Астрид шел Люсьен Дефо, отец Рафа, от которого сильно пахло алкоголем. Раф быстро обгонял его. Остальные из Пятерки были там, но были и другие, в основном ровесники Астрид, без старших, и все мужчины. Ульф замыкал группу. Она слышала, как он тяжело дышит, словно от астмы. Затем они пронеслись мимо, мчась вверх по течению, пожирая ночь.

– Ух ты, – сказал Эйден. – На мгновение мне показалось, что это дикая охота – Херн-охотник4 преследует проклятых.

Она почувствовала мурашки на его руке.

– Люди не должны отпускать своих собак так свободно бегать. Может, нам стоит позвонить в приют?

– В такое позднее время? – спросила Вивиан.

Он с юмором поморщился:

– Вряд ли.

Сверху по реке раздался крик.

– Кого-то напугали. – Эйден рассмеялся.

В отличие от Эйдена, она слышала, как кто-то спускается по берегу. Сердце у неё подскочило, но стая не повернулась, чтобы последовать за человеком.

– Нам нужно уходить отсюда, – сказала она. – Они могут вернуться. И кто знает, что они сделают, если им захочется крови? – Ей нужно было отправить Эйдена домой.

Эйден усмехнулся:

– Нервничаешь? Это не похоже на тебя.

– Что ты знаешь обо мне? – резко спросила она. Ей тут же стало жаль, так пристыженно он выглядел. Неужели он не мог дать отпор? – Прости, – сказала она. – Но я думаю, это небезопасно.

Он снова попытался потянуть её за собой, не желая сдаваться, но чары рассеялись, оставив её расстроенной и злой.

– Мне нужно домой, – солгала она, убирая его руки и вставая. – Моя мама будет волноваться.