– Не в этот раз, – сказала Вивиан. Она хотела побыть одна. Она знала, что будут драки. Они назовут это игрой, но будут проверять друг друга, выясняя, кто из них способен пройти Испытание. Ей не хотелось драться. Она хотела лишь чистых запахов и безумного звёздного неба. В ней появилось новое тепло, и она хотела спокойно насладиться ночью.

«Ты влюблена», – сказала она себе и потянулась, как счастливый щенок. У себя комнате она работала над своей фреской. Она рисовала себя в человеческом обличье, словно она наблюдала за бегущими волками. Но это выглядело как-то неправильно. Может, ей стоит показать себя в процессе превращения в оборотня, готовой присоединиться к ним?

«Как бы мне хотелось переодеться, чтобы пойти на эту вечеринку», – подумала она и бросила кисть. Красный цвет усеивал небо, светлячки мерцали за окном – маленькие проказницы, ищущие ночи любви, – и голоса сумерек становились все громче. Тонкие волоски на спине Вивиан встали дыбом, жаждая перемен. «Подожди немного», – сказала она себе, – «подожди, пока совсем стемнеет». Но ждать ночи во время полнолуния было трудно. Внизу во дворе раздался приглушенный смех. Что теперь? Хор хриплых голосов рассек воздух, заглушая пение насекомых.

– Аувуу! Аувуу!

Она высунула голову из окна.

– Прекратите этот вой. Эй, вы там, снаружи.

Вой сменился смехом.

– Выходи и беги с нами, Вивиан, – позвал Виллем. – Пожалуйста, пожалуйста.

– Ни за что, – ответила Вивиан. Она забралась на крышу и посмотрела вниз. Финн глядел с отвращением, когда Виллем театрально заламывал руки. Ульф, как обычно, ерзал, перепрыгивая с ноги на ногу, словно хотел в туалет. Грегори сверкнул улыбкой; его зубы уже были острыми:

– Пойдем, Вив. Мы отлично проведем время.

Раф поманил ее когтем:

– Ты знаешь, как приятно будет подставить твою спинку луне, Вив.

Вивиан чувствовала, как волк внутри разворачивается, но насмешливо рассмеялась:

– Это не та луна, которую ты себе представляешь на моей спине. Сходи к своим чокнутым шлюхам и посмотри, что они о тебе подумают, когда ты будешь волком. Они, наверное, не заметят разницы.

Остроконечная улыбка Грегори стала шире от этого предложения, и Ульф хихикнул.

«Прекрасная Луна», – подумала она.

Виллем поднял глаза, одарив ее разочарованным взглядом:

– Ах, Вив. Ты больше не приходишь. Кролики стали дерзкими. Один вчера вечером показал мне язык.

Она слегка смягчилась. Раньше они с Виллемом отлично проводили время, охотясь на кроликов.

– В другой раз, хорошо, Виллем? Не в полнолуние.

Раф обнял Грегори за плечи:

– Ну же, пошли. Эта стерва слишком высокомерна, чтобы с нами общаться. Она предпочитает мясных парней. Разве твоя мать не говорила тебе не играть с едой? – крикнул он ей снизу.

Виллем бросил на нее извиняющийся взгляд, а Грегори послал ей воздушный поцелуй. Финн толкнул Ульфа в зад, отчего тот вскрикнул. Когда они вышли в темноту леса, она увидела, как Раф подбросил рубашку в воздух, и как Финн наклонился вперед, чтобы встать на лапы.

Она села на крышу веранды, дав им достаточно времени, чтобы они ушли. Обычно они бежали в сторону города, чтобы поискать что–нибудь интересное среди городского мусора; она же бежала вверх по реке через местные парки и тихие кварталы. Приятное жужжание разлилось по ее телу. Ночь начала выглядеть иначе – волоски на листе стали огромными, словно лес, края деревьев были острыми. Она откинулась назад, чтобы полюбоваться звездами. «Мы оттуда пришли? – подумала она. – Мы что, инопланетная раса, оказавшаяся в изоляции? Возможно, наша способность к трансформации была вынужденной уловкой для выживания, и просто мы забыли, что человек не был нашей первоначальной формой. Возможно, наша вера в Богиню Луны – это лишь искаженный отголосок древней истины».

Черепица под ней была шершавой и приятной для ее чувствительной кожи. Она уже чувствовала, как начинают скрипеть кости, как щелкают сухожилия. Она подавила спазм в животе; сначала ей нужно уйти. Она не могла обратиться на крыше, освещенной лунным светом. Что подумают соседи?

И вдруг, она почувствовала запах человека. Возможно, кто-то совершает вечернюю прогулку? Шорох послышался там, где была водосточная труба. Крыса? Она присела на корточки. Нет, кто-то полз по трубе. Она услышала приглушенное хрипение и тихий звон металла о металл. Взломщик? Свет в доме был выключен, их грузовика не было у ворот, стояла субботняя ночь. Вполне вероятно – взломщик. Вивиан подкралась к краю крыши, пригнувшись. Ее глаза сузились, когти выросли, а улыбка стала тонкой и злобной. Взломщик Билл1 получит по заслугам. Она подняла руку, чтобы ударить, когда из-под карниза показалась голова.

– Ты! – Она резко отдернула руку.

– Вивиан, ты меня до смерти напугала. – Эйден перелез через водосточную трубу на крышу.

7

– Сюрприз! – сказал Эйден.

Вивиан сглотнула рычание. Да уж.

– Что ты здесь делаешь? – с трудом выдавила она, откидываясь на корточки. Она дрожала от напряжения, сдерживая превращение.