Внезапно ночную тьму разрезает пронзительный свист. Высоко над макушками сосен взлетает сигнальный магический огонек, с шипением рассыпаясь в небе кроваво-красными искрами. Окружающий туман на секунду окрашивается в зловещие багровые тона.

Пора. Охота началась.

Толпа вокруг взрывается гиканьем, пары перехватывают оружие поудобнее и начинают рассредотачиваться, ныряя в сырую стену леса.

Ксандр наклоняется ко мне.

– Есть тропы, которыми ходят обычно. Тут всегда один и тот же исхоженный маршрут для сопляков. Это скучно. Но я знаю, где можно срезать, чтобы сразу выйти к подножью горы и реке. Мы как раз успеем отстрелять самых крупных исчадий раньше всех.

Чувствую, как внутри снова просыпается тревога, смешанная с диким азартом.

– В чём подвох?

Уголок его губ ползет вверх в той самой хищной ухмылке, от которой у меня перехватывает дыхание.

– Увидишь.

Я бросаю неуверенный взгляд на чернеющую стену деревьев, откуда тянет сыростью и гнилью.

– Ксандр... если там опасно...

Его льдистые глаза впиваются в мое лицо:

– Тебе нужно довериться мне.

Я сглатываю.

– Ладно, – выдыхаю я, упрямо вскидывая подбородок. – Я не трусиха.

Глава 15

Ксандр ничего не отвечает. Лишь разворачивается и первым шагает в густую, непроглядную тьму, туда, где туман стелется по самым корням старых сосен. Я решительно бросаюсь следом за ним.

Широкая спина Ксандра и хруст веток под его тяжелыми ботинками – мои ориентиры в этой мрачной темноте.

– Ли-ли, – доносится спереди его ровный голос.

– А? – отзываюсь я, поправляя арбалет на плече и вглядываясь в широкую спину.

Ксандр даже не оборачивается, но его слова эхом отдаются в холодном воздухе, пробирая до самых костей:

– Здесь везде опасно. Так что держись поближе ко мне.

Насколько близко? В голову лезут неприличные мысли.

Мы углубляемся в чащу, и с каждым шагом лес вокруг неуловимо меняется. Обычные сосны сменяются скрюченными, мертвыми стволами, покрытыми склизким черным мхом. Туман здесь гуще, он липнет к коже влажной паутиной, а в воздухе явственно появляется металлический, ржавый запах крови, смешанный с запахом гнили. Это эманации Бездны.

Ксандр внезапно замирает. Я тоже останавливаюсь рядом, стараясь даже дышать через раз.

Впереди, перерезая нам путь к скалистому подножью горы, зияет глубокий овраг. И он кишит жизнью.

Почти всё пространство переплетено толстыми, пульсирующими лозами. Они черные, глянцевые, усеянные длинными загнутыми шипами, похожими на клыки. И они... шевелятся. Медленно, лениво перекатываются друг по другу, словно клубок гигантских змей.

– Что это? – одними губами, беззвучно шепчу я, чувствуя, как ледяной ужас сковывает внутренности.

– Кровавые лозы, – спокойно отвечает Ксандр. – Низшие порождения Бездны. Растут там, где пролилось много крови, и сами питаются ею. Выпьют живое существо досуха за пару минут, оставив только ободранные добела кости. Обычные охотники обходят этот овраг стороной.

– И мы... мы тоже обойдем? – с надеждой сглатываю я.

Ксандр медленно поворачивает ко мне голову.

– Мы пройдем насквозь.

У меня отвисает челюсть.

– Ты спятил?! Они же нас сожрут!

– Не сожрут, если будешь делать в точности то, что я скажу. Они слепые. Реагируют только на шум.

– Л-ладно… Ты ведь уже делал это?

– Сотни раз, –с пугающей обыденностью отзывается Ксандр, словно мы обсуждаем маршрут до библиотеки. – Впервые, когда мне было лет пятнадцать-шестнадцать.

Обалдеть. В пятнадцать лет мальчики из моего окружения ещё сопли на кулак наматывают. А этот уже охотился. Ещё и в таких опасных местах.

– Ладно, – на выдохе произношу я. – Веди.

Ксандр не произносит ни слова. Он просто медленно протягивает мне руку.

Я опускаю взгляд на его широкую раскрытую ладонь. Он ждет. Хочет, чтобы я сама за неё взялась.

Еще совсем недавно, буквально пару часов назад, это всё вызвало бы во мне лишь жгучее желание воспротивиться. Вспылить, огрызнуться, доказать свою независимость и вообще послать его к исчадьям. Обычно мне претит любое подчинение, любая попытка управлять мной. От матери нахлебалась вволю.

Но сейчас... Сейчас всё иначе.

Я медленно поднимаю голову. Встречаюсь с его взглядом. Глаза Ксандра синие-синие, куда темнее обычного. Не разрывая зрительного контакта, я вкладываю руку в его обжигающе горячую ладонь.

Ксандр переплетает наши пальцы. В груди что-то пульсирует, давит. От места нашего соприкосновения по всему телу распространяется жар.

– Только ни звука, Ли-ли. И старайся не наступать на большие камни и ветки, смотри под ноги. Поняла меня?

Я молча киваю, подтверждая. И, повинуясь какому-то неосознанному порыву, чуть крепче сжимаю руку Ксандра, глядя прямо ему в глаза.

И мы начинаем идти. Глухой, влажный туман стелется по самым корням старых сосен, окутывая узкий скалистый проход. Мы двигаемся вдоль высокой, сырой скалы. Я стараюсь во всём подражать Ксандру, копируя его движения, походку.