Пока мы идем, я не могу отвести взгляда от кровавых лоз, извивающиеся неподалёку. Они кажутся еще более зловещими, когда мы проходим мимо них. Хищные растения лениво перекатываются, как клубок гигантских червей, и я буквально чувствую исходящую от них жажду крови.

Мы уже почти минуем этот проклятый овраг. Нам остается сделать всего шагов десять, когда моя нога предательски наступает на сухую, хрупкую ветку, скрытую под листвой.

Громкий, резкий хруст разрезает тишину.

В ту же секунду лозы, словно по команде, замирают. А затем ближайшая к нам плеть, усеянная длинными, загнутыми шипами, с оглушительным свистом бросается в нашу сторону.

Глава 15.2

Я не успеваю толком вдохнуть, но реакция Ксандра моментальная. Он практически хватает меня в охапку и тащит в сторону. Всё это длится секунды три от силы.

Мы оказываемся в небольшом углублении в скале. Я спиной прислонена к сырой, холодной поверхности камня, а Ксандр вжимается в меня, полностью блокирует проход своим телом. Он прижимает меня к скале, упираясь ладонью прямо над моим плечом.

Арбалет, висящий на спине, вдавливается в меня, причиняя тупую боль. Но я терплю. Вжимаюсь в Ксандра в слепом страхе. И вдруг слышу мерное, спокойное биение его сердца.

Он что, вообще не боится? Даже смерти? В то время как я задыхаюсь от адреналина, Ксандр даже не запыхался. Его грудная клетка вздымается плавно и размеренно, будто мы совсем не спасаемся от кровожадных растений Бездны.

Я медленно поднимаю голову, преодолевая оцепенение, и тут же натыкаюсь на его взгляд. В полумраке расщелины его глаза кажутся пронзительно синими, почти светящимися изнутри. Только сейчас до меня доходит: я практически вишу на нём. Мои руки намертво обвили широкие плечи Ксандра, пальцы судорожно, до боли в костяшках, вцепились в ткань его одежды, я, сама того не осознавая, отчаянно ищу защиты, прижимаясь к нему.

Хочу разжать пальцы, хочу отстраниться хоть на миллиметр, но внезапно боковым зрением улавливаю скользящее движение прямо над нами.

Кровь стынет. Кристаллизуется в едкий лёд.

По верхнему краю нашего крошечного скального укрытия, извиваясь и пульсируя, бесшумно ползет толстая, влажно поблескивающая лоза. Животный, парализующий ужас скручивает мои внутренности в тугой узел. Горло перехватывает спазмом такой силы, что я не могу даже вдохнуть – легкие словно залили раскаленным свинцом. Накатывает паника. Кажется, мое сердце выломает ребра, оно так отчаянно грохочет, что эта тварь нас услышит. Точно услышит! Мы умрём!

В этот момент я чувствую, как Ксандр спокойно поглаживает левой ладонью меня по спине. Его рука скользят, лаская меня.

Он считывает панику в моих расширенных глазах, и лишь чуть опускает голову, и его губы касаются моего уха.

– Тсс... – выдыхает он беззвучно.

Лоза спускается ниже. Слепая, жадная плеть, усеянная длинными загнутыми шипами, с которых капает густая темная слизь, свешивается прямо над нами. Она раскачивается в воздухе, словно принюхиваясь.

Я с ужасом смотрю, как смертоносный шип скользит буквально в жалком сантиметре от шеи и широкой спины Ксандра. Одно случайное движение, и эта тварь вонзится в него.

Почему он так спокоен?! Почему?!

Ксандр лишь смотрит на меня сверху вниз – неотрывно, тяжело, словно его не волнует, что его вот-вот убьёт кровавая лоза.

Лоза медленно скользит еще немного по неровной каменной стене, оставляя за собой блестящий влажный след. Слепой отросток пульсирует в воздухе, слепо шаря вокруг, но, так и не уловив и не нащупав ничего, втягивается обратно.

Шуршание стихает.

Я делаю несколько глубоких вдохов облегчения. Грудь судорожно вздымается, впуская ледяной, влажный воздух. Адреналин, до этого парализовавший мышцы, теперь взрывается в крови фейерверком чистейшего, дикого восторга.

Мы выжили! Выжили!

Сердце неистовствует. В этот момент я чувствую каждую клеточку своего тела, каждую пульсирующую вену.

– Ты как? – спрашивает Ксандр.

Я поднимаю на него лихорадочно блестящие глаза. Мои пальцы всё ещё сжимают его, лежат на широких плечах. Отпускать почему-то не хочется.

Как же он спокоен!

– Ты ничего не боишься, да? – срывающимся шепотом выдыхаю я едва ли не с восторгом.

– Точно не кровавых лоз, – с усмешкой роняет Ксандр.

Он склоняется еще ниже, и кончик его носа касается моего. Мы дышим одним воздухом – тяжелым, влажным, пропитанным запахом прелой листвы и его терпким ароматом черного перца.

Его губы непозволительно, мучительно близко. Одно крошечное движение – и он меня поцелует. Снова.

Я замираю, ловя его дыхание.

Внутри всё сжимается от тягучего, сладкого предвкушения. Я хочу этого! Легенды, как же отчаянно я хочу, чтобы он снова поцеловал меня по-настоящему, с той же первобытной, безжалостной жадностью. Хочу, чтобы внутри снова всё запылало, хотя меня и так бросает в жар от одной только мысли, от этого звенящего, натянутого до предела ожидания. Мои губы сами собой чуть приоткрываются навстречу его губам...