Вхожу в основное здание академии и ускоряю шаг, прохожу мимо высоких стрельчатых окон, за которыми колышется весенняя зелень. Коридоры кажутся бесконечным лабиринтом.

Я здесь второй день, вчера мне всё показали, но было слишком много впечатлений. Я не смогла запомнить расположение лекарского блока.

Замедляюсь, лихорадочно соображая, куда свернуть или у кого спросить, как вдруг сзади раздается лениво-насмешливое:

– Здесь налево, адептка Эшер.

Он не просто идёт за мной. Он следит, считывая малейшие проявления моих эмоций.

Я чувствую, как лицо мгновенно идет красными пятнами. Хочется обернуться и огрызнуться. Но я не делаю ни того, ни другого. Просто прикусываю язык. И да, сворачиваю налево.

Радует, что вокруг снуют другие адепты. В коридорах слышны обрывки разговоров, смех, хлопанье дверей. Значит, он ничего мне не сделает. Точно не на глазах у всей академии.

Я почти сразу понимаю, что обманываю себя.

Если действительно захочет – сделает. Я должна быть готова.

Наконец, впереди показываются двойные белые двери с гербом медицинской службы. Я буквально влетаю в лекарский блок. Ксандр не отстаёт. Я хочу закрыть дверь, но он удерживает её, вынуждая меня отпустить. Хищник заходит следом.

Нас встречает помощница лекаря – молодая миниатюрная дракорианка со светлыми вьющимися волосами. На вид ей не больше тридцати.

– Доброе утро, – произносит она. – Что вас беспокоит?

Её взгляд перестаёт быть равнодушным, едва она замечает Ксандра за моей спиной.

Я открываю рот, чтобы ответить, Ксандр опережает.

– У адептки Эшер травма, – роняет он, становится позади меня близко-близко, заполняет собой всё пространство маленького кабинета, и его запах – острый черный перец и горький шоколад – моментально вытесняет вонь лекарств. – Преподаватель просил осмотреть её и выдать заключение о допуске к занятиям по физической подготовке. Эшер новенькая, я здесь, чтобы помочь.

– Мне не нужна помощь, – кошусь на Ксандра, надеясь, что помощница лекаря его выгонит. – И вообще мои колени в норме.

Но девушка лишь улыбается, показывая ровные белые зубы, и бросает мне:

– Милочка, идите за ширму, снимайте брюки и покажите мне ваши колени. А вы, адепт Кейн, расскажите мне, что же с адепткой Эшер случилось?

Я чувствую лёгкое раздражение от неприкрытой заинтересованности помощницы лекаря в Ксандре. Хоть бы меня постеснялась.

А ещё не хочу снимать брюки, когда он в комнате. Да, за ширмой, но всё равно…

– Пусть он выйдет, – указываю на Ксандра.

– Нет, – припечатывает он в ответ моментально, вбивая в меня свой цепкий взгляд льдисто-голубых глаз.

Перевожу возмущённый взгляд на помощницу лекаря. Но она явно не горит желанием поддержать меня.

– Вы такая стесняшка, адептка Эшер, – улыбается она широкой, но немного раздражённой улыбкой. – Идите-же!

Нужно было просто сбежать.

Не играть по правилам этого хищника, а просто смыться. Да, влетело бы от препода, но соврала бы что-нибудь…

Теперь уж ничего не поделать. Прохожу за ширму и сажусь на кушетку, поджимая губы.

Разговор помощницы лекаря и Ксандра вполне безобидный, но я слышу, как она флиртует с ним.

Спустя минуту девушка заходит за ширму. Её лицо выражает деловитое нетерпение.

– Ну же, адептка Эшер! Почему вы всё ещё не сняли брюки? – она всплескивает руками. – Давайте скорее, раздевайтесь. Отбросьте смущение, здесь лечебный блок.

Нехотя, сцепив зубы, я стягиваю тренировочные штаны, оставаясь в белье и кофте, которая едва прикрывает бедра. Снова сажусь на кушетку, вытягивая ноги.

Помощница лекаря начинает осмотр. Она проводит над моими коленями небольшим серебристым артефактом, который издает монотонное гудение.

– Хм, всё в порядке. Ткани целы, суставы в норме, – она хмыкает, выключая прибор. – Ваш преподаватель чрезмерно вас опекает… Впрочем, оно и понятно.

Я бросаю на неё ледяной взгляд, чувствуя, как внутри закипает привычная горечь. Я понимаю, о чём она.

Дочь префекта всегда на особых условиях. Мне не избежать пристального внимания. Так будет всегда, пока мать стоит во главе Моргрейва.

– Могу одеваться? – сухо спрашиваю я.

– Погодите-ка, – помощница лекаря вдруг хмурится, глядя на артефакт, который она всё ещё держит в руке. – Сканер зацепил кое-что.

Она берет меня за правую руку и рывком задирает рукав.

– У вас травмировано запястье.

Запястье действительно побаливало с самого утра, но я просто не обратила на это внимания. Наверное, вчера, когда мать решила проучить меня, и я повалилась на ковер, неудачно подвернула руку или ударилась о ножку стола.

Мать залечила колени, а на запястье просто не посмотрела.

– Я сейчас, милочка, – голос помощницы лекаря доносится уже из-за ширмы. Слышно, как она роется в шкафчике, звеня склянками. – Х-м-м, мазь была здесь, но она закончилась…

Я слышу, как хлопает дверца шкафа.