Дора весело и звонко смеётся:

– Нет, котят тоже не приводил! В этом Заморыш у него тоже первый.

Она наклоняется, ласково гладит котёнка по мягкой чёрной спинке, и тот, довольный, начинает мурчать прямо в процессе дегустации молока.

Ксандр протягивает мне стопку вещей:

– Вот одежда, Лилит. Переодевайся.

– Ну не здесь же! – тут же всплескивает руками Дора. – Лилит, милая, выйдешь сейчас из кухни, и сразу справа будет дверь. Там небольшая комната. Можешь снять с себя всё мокрое, бросай прямо на пол, я потом заберу и всё высушу. А затем спокойно переоденешься в сухое, без лишних глаз.

– Хорошо, спасибо большое, – я поднимаюсь со стула, прижимая к себе сухую одежду, и выхожу в коридор.

Захожу в указанную дверь и оказываюсь в небольшой, аккуратной гостиной. Здесь темно, только всполохи далёких молний изредка озаряют комнату сквозь большое окно. Я вздыхаю с облегчением и начинаю торопливо стягивать с себя тяжелую, насквозь промокшую куртку Ксандра.

В этот момент за окном с оглушительным треском сверкает очередная молния, на секунду превращая ночь в день. Мой взгляд случайно падает на залитое дождем стекло, и внутри всё леденеет от сковывающего тело ужаса.

Там, прямо по садовой дорожке, окутанная заклинанием от дождя, к дому идёт моя мать.

***

Девочки, сегодня скидка на одну из моих историй про предков Ксандра

Я потеряла всё. Отец моего ребёнка – самый влиятельный и жестокий дракон империи – унизил и отверг меня, отказавшись от нашей истинной связи в тот момент, когда я сильнее всего нуждалась в нём.

Мне пришлось бежать, чтобы он не узнал о моей беременности.

Спустя годы я вновь возвращаюсь туда, откуда всё началось – в академию "Кристальные Пики".

Мне нужно лишь немного времени, чтобы наладить нашу с сыном жизнь и снова исчезнуть. На этот раз навсегда.

Но прошлое настигает меня.

⚡истинная пара

⚡эмоции на грани

⚡от ненависти до любви

⚡ХЭ

Глава 25.3

Позади Томины Эшер, прямо у забора, маячит знакомая фигура. Это наша соседка – бабуля лет семидесяти, которая вечно следит за всеми. Всё сходится: она наверняка видела из своего окна, как я посреди ночи шла вместе с Ксандром к его дому, вот и рассказала матери.

Мой самый первый порыв – спрятаться, но я не успеваю. Буквально через секунду мать натыкается взглядом на силуэт в окне. Её губы тут же сжимаются в тонкую линию, давая понять, что она крайне, просто до крайней степени недовольна моим поведением.

В груди разливается липкий, парализующий ужас. Что мать здесь устроит? Как же мне будет неловко перед Дорой из-за поведения мамы! Дора такая милая, и её сейчас наверняка обольют грязью. А Ксандр? Он вспылит, защищая меня, и просто спровоцирует мать на что-то по-настоящему нехорошее и опасное.

Что же мне делать?!

Мать уже подходит к крыльцу. Время пошло на секунды. Напрочь позабыв о том, что я стою вся мокрая, выскакиваю из гостиной. Быстро пробегаю мимо двери кухни, из которой доносится разговор Ксандра и Доры, и сама распахиваю входную дверь до того, как мать успевает постучать.

Томина Эшер окидывает меня уничтожающим взглядом с ног до головы и цедит:

– Ты что учудила, Лилит? И что ты делаешь у соседей? Бросила Гидеона и сбежала посреди ночи? Серьёзно?

Я крепко вцепляюсь пальцами в косяк двери, чувствуя, как внутри закипает накопленная за вечер ярость, и чеканю каждое слово:

– Я тебя ненавижу. И хочу, чтобы ты ушла. Я не вернусь домой, ясно тебе? Если будешь настаивать, если попытаешься забрать меня силой… клянусь, я буду устраивать скандалы каждый раз, когда мы будем появляться где-то вместе на публике! Я буду буквально кричать на улицах о том, что ты со мной сделала! Да я скорее умру, чем... чем вернусь туда!

Мать лишь устало закатывает глаза, демонстративно вздыхая:

– Очередной приступ истерики? Знаешь, Лилит, я начинаю всерьёз думать, что нам нужно посетить лекаря, чтобы он выписал тебе сильные успокоительные. Что опять не так? Ты ужинала с чудесными, статусными молодыми мужчинами, один из которых твой жених. Зачем было хамить и убегать?

Меня начинает колотить с такой силой, что зубы стучат друг о друга. Я едва сдерживаюсь, чтобы не сорваться, но вовремя вспоминаю, что в паре метров за моей спиной Ксандр и его мать.

– Хватит! – выпаливаю я, но тут же понижаю голос до полушёпота. – Хватит строить из себя всю эту безупречность, мама! Хватит врать! Ты меня продала этим двум извращенцам!

Я чувствую, как горячие слёзы обиды снова закипают в глазах, и продолжаю с глухой, яростной дрожью в голосе:

– За что? Ну за что ты так со мной, мама?

Томина на секунду замирает, и на её лице отражается искреннее, неподдельное недоумение:

– Извращенцам? О чём ты вообще говоришь, глупая девчонка?