– Почему ты не предупредила? – громко спрашиваю я.

– О чем? – с самым невинным лицом поворачивается она ко мне. Наглаживает живот, словно он является оберегом от любых претензий.

– Что к амбару нельзя приближаться.

– Ну вот. Теперь знаешь, – пренебрежительно фыркает она, возвращаясь к своим обязанностям. Остальные кухарки попросту делают вид, что меня не существует.

И когда я успела им так насолить?

Этим вопросом я задаюсь, когда этим же вечером оказываюсь наедине с Тэлсуни. Сидим напротив друг друга возле низкого стола, на котором лежит очередное яблоко. Смотрю на него, а внутри поднимается бессилие. Прошло уже два часа, а я с места не сдвинулась. Начинаю подозревать, что девушка просто ошиблась, и дара у меня нет.

– Сомневаюсь, что протяну хотя бы семь дней, если буду питаться одними горькими яблоками, – я задумчиво верчу красный фрукт в руках.

– Сегодня оно кислое. И после тренировки будет ужин.

Ну, хоть одна хорошая новость за сегодня. Вздыхаю и откладываю яблоко в сторону. Смотрю на свою наставницу.

– Мы можем сделать перерыв? Хотела задать пару вопросов. Про это место.

– Можем, – соглашается она. Честное слово, у нее улыбка серийного киллера. – Но на твоем месте я бы серьезно отнеслась к тренировкам. Я не смогу открыть за тебя дар. Только подтолкнуть.

– Да, да, – вяло соглашаюсь я, ощущая, как быстро истекающее время наполняет меня тревогой. – Сегодня меня попросили отнести еду к амбару. Я не знала, что в крепости… эпидемия.

– Она не только в крепости, Саяна. Она повсюду. На всех Восточных землях.

– В провинциях такого нет.

– Уверена? Что ты знаешь о темной хвори?

Тщетно роюсь в голове, пытаясь отыскать хоть одно воспоминание. Темная хворь, темная хворь… нет, ни разу не слышала. Возможно, я слишком мало здесь пробыла.

– Ничего, – признаю я.

– Это болезнь, вызванная темной магией. Она рвет линии жизни, уничтожая живое существо изнутри. От нее нет лекарства. Все зараженные погибают. Кто-то через несколько дней. Кто-то через несколько лет. От резерва зависит.

По спине пробегает мороз. Мои руки до побеления сжимают край стола, пока я пытаюсь побороть приступ паники. И меня туда отправили сегодня? Даже не предупредив?

– И как она передается?

– Достоверно неизвестно. Но в амбар лучше не заходи. По крайней мере, пока не научишься защищать себя даром.

У нее ни на секунду не возникают сомнения, что магия у меня все есть. Честно говоря… это обнадеживает.

– И как так получилось, что по Эстрелису ходит смертельная болезнь, а о ней не кричат на каждом углу? – вопрос скорее риторический, но Тэлсуни задумывается на пару мгновений.

– Я принесу еду. А потом мы продолжим разговор.

Она уходит на несколько минут, а возвращается с деревянным подносом, на котором стоят две плошки. От запахов рот тут же наполняется слюной. Наставница ставит их на низкий стол между нами и садится. Чинно выставляет, хотя я готова обхватить блюдо обеими руками и за секунду его опустошить. Как какая-то дворняга.

– Приятного аппетита, – желает она, медленно зачерпывая еду ложкой. Аккуратно ест. Уверена, что она голодна не меньше меня. Но все эмоции в ее жизни находятся под строгим контролем. Именно так работает магия ветра, которой я обладаю.

Пытаюсь соответствовать.

– Приятного, – отвечаю я. Ем так же медленно и чинно, зачерпывая еду дрожащей от голода рукой.

– Все началось около шестнадцати лет назад, – начинает она. – Мой отец был врачом. Одним из первых, кто столкнулся с темной хворью. Сама понимаешь, что это означает.

– Не совсем.

– Жители Восточных земель защищены от тьмы магией Владыки. И если тьма добралась до них, то… это значит, что Владыка недостаточно силен. И вместо того, чтобы решать вопрос, он попросту казнил всех, кто пытался рассказать правду.

– Что? – мое лицо вытягивается.

– Пытаясь спастись, мы бежали на Юг. Меня продали в рабство и… не суть важно, что было дальше. Обстоятельства вынудили меня вернуться на Восток почти год назад. С тех пор я здесь.

Я даже с ответом не нахожусь. И я еще жаловалась на свои проблемы. Кажется, этот мир жесток ко всем женщинам без исключения. На лице Тэлсуни ни одной эмоции не проскальзывает, но я почему-то уверена, что жалости она точно не ждет.

– Погодите, так сколько вам сейчас?

– Тридцать шесть.

Мои глаза расширяются от удивления. Осматриваю гладкую кожу, испорченную лишь шрамом, крохотные морщинки в уголках глаз.

– А так и не скажешь.

Тэлсуни кивает, словно принимая комплимент. Еще несколько секунд мы едим молча, после чего она продолжает:

– В провинциях не знают про темную хворь, потому что Владыка заставил всех считать ее делом рук кочевников.

__

Приглашаю в еще одну историю нашего литмоба: Пленница жестокого лорда от Нади Лахман

Глава 7