Сброс лишней манны снизил давление на мои каналы. Фух, пронесло, чуть не перегорел. Ну, вот собственно и всё. Теперь это моё второе, магическое ядро. Погружаем его поглубже в жировую ткань, сращиваем плоть. Залечиваем Гаррика, кидаем на него глубокий сон и заканчиваем его праной , так он пару дней протянет — он мне ещё пригодится. Так, пора поспать. Только дуру свяжу получше, на всякий случай.

Среди ночи пришлось трижды просыпаться, чтобы сбросить лишнюю манну в накопитель. Это ненормально. Слишком быстрая регенерация, хотя я и привык к большим потокам. Придётся теперь таскать накопитель с собой. Опасно, но необходимо. Чёртов Гаррик, гадит даже после того, как наши дела закончились. Накопитель я решил спрятать в складку под животом — туда точно никто в здравом уме не полезет. Зафиксировал, срастив кожу.

После полуночной сдачи пауков решил заняться пленницей. Ага, эта дура пытается выбраться. Отвесил ей ещё леща. На кого она в действительности работает и что в действительности они хотели — мне было уже всё равно.

Но расслабляться рано. Пора за работу. Надо взять от неё что можно. Времени мало. Мне может так больше не повезти, а эти пленники — мой шанс на стремительное развитие.

Отправил эту «диверсантку» в отключку мощным заклинанием и приготовил к операции. Её целительное ядро я решил также разместить у себя на животе, в жировой ткани. Будем рассчитывать на энергетическую химеризацию. Даже если она будет не такой эффективной, два дополнительных источника праны мне значительно помогут.

Контролем плоти удалось легко раздвинуть её грудную клетку и перетянуть ядро. А вот при переключении энергетических структур меня накрыл поток очень густой, почти маслянистой праны. Опять какой-то мутант?! С избытком праны разобраться проще, чем с манной — я просто направил всё на насыщение моего Ихора. Чёрт, потом жрать будет хотеться зверски.

Дождавшись ослабления и стабилизации потока, отсоединил уже бывшую хозяйку и срастил рану на животе. Ох… А ведь ещё и работать сегодня.

Поработать на моём привычном месте, однако, не удалось. В коридорах подземелий наблюдалась странная суета. Когда я ходил к расщелине, чтобы банально посрать, наткнулся на знакомого младшего мага с двумя аврораторами.

— Урод толстожопый! Отвечай, что ты тут делаешь? — наехал на меня этот плюгавенький сморчок.

— Да прибудет с вами сила, господин маг. Я хожу в тот коридор, чтобы посрать, — ответил я, не заморачиваясь. Что ещё тут делать?

— Почему туда?

— А куда, господин маг? Уже шесть лет туда хожу. Пойдёмте, покажу.

— Воздержусь. Не замечал ничего необычного? Следы, запахи, крики? Смотрю, пауков хорошо ловишь — почти нигде не видно этих тварей.

— М-м, нет. Всё как обычно. Пауков ловлю, стараюсь.

— Есть информация, что в Академии готовят диверсию завербованные агенты Мёртвых. Есть подозрение, что выброс дикой манны из источника полгода назад был не случаен. Взрыв магической бомбы на центральной площади месяц назад — тоже их дело. Погибло четыре мага и всякий сброд.

— Понял, господин маг. Буду проявлять бдительность, — я поклонился.

На публику играет, что ли? Понятия не имею ни о каком взрыве бомбы. Младший маг с важным видом продолжил патрулировать коридоры. Похоже, он ищет трупы студентов, которых я… пригласил к себе.

Надо от дуры и Гаррика срочно избавляться. Подождав, когда всё стихнет, я направился в лабораторию сдать пауков. Мысли лихорадочно работали. Если ищут диверсантов — мои эксперименты могут принять за их деятельность. Если найдут тела — меня точно поставят к стенке. Значит, нужно не просто избавиться, а сделать это чисто. И желательно с пользой. У Кузи, наверное, снова будет праздник. А из их останков… может, что-то ещё выйдет выжать.

В лабораторию меня не пустили. У дверей стояли двое аврораторов с таким видом, будто сама Бездна заперлась внутри. Сквозь толстую дверь доносилось приглушённое бормотание и вспышки странного, вибрирующего света. Там был сам магистр и занимался чем-то важным. Меня, не церемонясь, пнули в сторону штольни с горными тролями — иди, мол, делай свою грязную работу, собирай с них Ихор.

В общем, ничего сложного. Рабы-каторжники натягивали массивные цепи, фиксируя троля, а я своими развившимися способностями контроля плоти извлекал Ихор прямо из желчного пузыря. Тролям, конечно, это не нравилось — они ревели, дёргались, пытались укусить, — но кто их спрашивал.

Интересным открытием стало то, что у горных тролей есть специальный орган, похожий на губчатую железу, прямо за грудной клеткой. В нём — целая колония стволовых клеток в особом, консервирующем состоянии. И, судя по ощущениям, таких клеток было разбросано по всему их массивному телу процентов тридцать. Вот откуда их дикая регенерация и живучесть. Один тролль — три часа кропотливой работы, и я свободен.

Всё прошло гораздо легче, чем в прошлый раз. Прямо на изи. Сила возросла, контроль стал тоньше, я почти не устал. Но усталость я всё равно старательно изображал — ковылял, постанывал, вытирал мнимый пот. Нечего светиться перед охраной.

Всё-таки интересно, чем занят магистр в моей лаборатории. Надеюсь, Нок там ещё жива. Хотя… какая разница, это ее выбор.