— Я уже объяснял, почему хотел, чтобы ты выучила и отработала это заклинание: оно напрямую переносит твои знания алхимии в боевую магию. Быть может, это не сражение при помощи обычной боевой магии, но всё же её применение, и оно экономит тебе годы практики с более традиционными атакующими и защитными заклинаниями, заменяя их твоими составами, — я на мгновение прервался. — К тому же я сам тебя обучал, поэтому знаю, что к бою один на один ты подготовлена лучше почти любого другого современного мага.

Хексе снова выглядела неуверенной, не понимая, что я имею в виду.

Это... до некоторой степени раздражало. Неужели я настолько плохо объяснял собственные намерения и рассуждения? Я рассказывал об этом на лекциях по боестолкновениям... Ах да, она их не посещала; наши занятия с ней проходили наедине.

Если подумать, она никогда по-настоящему и не спрашивала...

— Ясно, — произнёс я скорее самому себе. — Надо полагать, ты не знаешь, как сражается большинство современных магов... скажи мне, Хексе, в чём, по-твоему, главное слабое место мага, да и священника тоже, в сравнении с охотниками, воинами и прочими обученными специалистами?

Женщина нахмурилась.

— Физическая сила, наверное? — предположила она и не ошиблась.

Я кивнул.

— В некотором смысле верно. Дело не в том, что маг не способен отбиться от воина в ближнем бою; это даже не стоит упоминания. Суть в том, что маг не способен даже убежать... или как следует уклониться. Телу не хватает для этого силы.

Я увидел момент, когда понимание появилось в глазах Хексе.

— Подвижность... — пробормотала она.

— Да, — подтвердил я, радуясь, что она начинает понимать. — Это проблема столь же древняя, как человеческая или даже эльфийская магия. Недостаток подвижности убивает магов. Это очевидная слабость, которую нельзя легко обойти, поскольку заклинания перемещения исключительно редки или сложны в освоении и потому никогда по-настоящему не становились популярными. Со временем это сформировало настоящую парадигму: маг – тот, кому не следует даже пытаться уклоняться, а вместо этого нужно вкладываться в заклинания, позволяющие лучше удерживать позицию, — сказал я, видя, как Хексе изумляется ещё сильнее. — Обычный способ сражения для магов – прятаться за спинами союзников либо стать достаточно умелым и могущественным, чтобы наслаивать щиты один на другой и, воспользовавшись собственной неподвижностью, возвести вокруг себя статичное укрепление.

— Это... не то, чему ты учил в Академии. И не то, чему учил меня... — заметила Хексе, и голос её смягчился.

— Верно, — снова подтвердил я. — Потому что, если ты один, сражаться таким образом – самоубийственная глупость. Это работает либо для того, у кого есть отличный отряд, где каждый как минимум равен ему по мастерству, либо для настоящих чудовищ магической силы и умения, но для всех остальных? Хуже не придумаешь, — я на мгновение замолчал. — А ещё есть тот фактор, что я сам демон. Я намного быстрее и сильнее людей и умею летать; подвижности мне не занимать. Мой способ сражения сложился вокруг охоты на монстров, как средство делать это относительно безопасно и защищать себя, пока я сражался один.

После короткой паузы я продолжил:

— Однако даже без моей физической силы и скорости, даже без заклинания полёта это всё равно наилучший стиль боя для мага, которому приходится защищать себя в одиночку. Да, в отряде авантюристов такой маг будет слабее того, кто обучен традиционно, но, в отличие от традиционного мага, обученный мной человек не будет мгновенно растерзан монстром, пережившим первый залп.

Я очень кратко объяснил ей то, над чем мучился бесчисленные недели. В своё время я даже спрашивал мнение Тойфлиша; решение учить учеников сражаться так, как сражаюсь я, было осознанным.

Оно подчёркивало самостоятельность.

— Ты всегда заставлял меня сосредотачиваться на уклонении, — отметила Хексе. — И на подвижности в целом, полагаю. Щиты, которые можно поднять на ходу, способность быстро бежать и уклоняться, когда возможно... — задумчиво произнесла она, вероятно связывая всё воедино.

— Именно поэтому я вложил столько времени в попытки воспроизвести устройство моего заклинания полёта. Когда оно будет записано и воспроизводимо человеческой магией... — я не договорил. — Изменится всё.

И я действительно имел в виду всё.

Доступное, простое в изучении заклинание перемещения такой силы, позволяющее магу не только двигаться в трёх измерениях, но и делать это быстрее, чем некоторые воины способны бежать, перевернёт магический бой с ног на голову. Я знал это, потому что видел, как маги сражаются сейчас, и видел, как они сражались в аниме; это были несопоставимые вещи, принципиально разные подходы к своей роли в бою и полезности.

Разумеется, точно судить о подобных вещах было трудно. Я сильно сомневался, что анимация или рисунки всегда соблюдали масштаб и верно передавали нюансы, но общую тенденцию всё равно видел.