— Ты высказался более чем ясно. — Я не хочу, чтобы она была с тобой. К этому всё и сводилось. И, странное дело, физический удар оказался куда менее болезненным, чем этот разговор.

— Слушай, я просто говорю, что у неё должна быть возможность расторгнуть этот брак, когда всё закончится. Понял?

Ясно, и пиздец как отчётливо.

— Добро пожаловать домой, Райкер. — Не дожидаясь очередного «благого» оскорбления, я развернулся и направился к себе. В свой идеальный, чертовски огромный дом площадью в четыре тысячи квадратных футов, который я сам построил. Дом, который я спроектировал, выбирая всё так, как, по моим представлениям, понравилось бы Харпер, зная, что однажды она будет жить здесь после того, как я неизбежно погибну на пожаре, как отец.

Только вот она жила в нём уже сейчас.

— Нокс! — позвал Райкер.

— Увидимся завтра в клубе, — бросил я через плечо, входя в дом и захлопывая дверь чуть сильнее, чем следовало.

Она должна иметь возможность расторгнуть брак — значило: не трогай мою сестру. Чёрт, может, мне стоило поселить его здесь. Хоть был бы барьером между мной и моим слабеющим самоконтролем. Мальчишки занимали нас, но это не означало, что я не чувствую её присутствие каждую ночь за стеной напротив.

— Как всё прошло? — мягко спросила Харпер, держа шампанское на границе прихожей и гостиной.

— Как и ожидал. — Я подошёл и взял бокал. — Он злится. И у него есть на то причины.

— Ты это серьёзно сказал?

— Что именно? — спросил я, прекрасно понимая, о чём она.

— Что мы поженились только ради мальчишек. — Её взгляд опустился на бокал, палец провёл по краю.

— Разве не это сегодня и произошло? — Я пытался говорить спокойно, почти отстранённо.

— Наверное. — Она отвела глаза. — Прости. Просто шампанское, кольцо… всё это немного сбило меня с толку. — Она покачала головой. — Так что же нам делать дальше? — Она подняла на меня глаза, и я понял, что пропал. Стоять здесь, иметь её рядом… и не иметь вовсе — это было пыткой.

Будущее? Какое именно? С Харпер? Ради мальчишек? Или с моим лучшим другом из команды? Получить всё сразу было невозможно, а из двух оставшихся нужно было выбирать.

— Мы сделаем так, как будет лучше для мальчишек. Пусть все в этом городе знают: мы женаты и счастливы. — Вместо «женаты и умираем от сексуальной фрустрации». Эту часть я, пожалуй, опущу.

— Счастливы, — повторила она в бокал.

— Если мы хотим, чтобы они остались здесь, пока официально не найдут своего отца или не появится следующий вариант, нам придётся поддерживать этот фасад. — Слова были горькими, словно песок на языке, который невозможно проглотить.

— Фасад, — эхом отозвалась она, глаза её потемнели. — Притворяться. — Она кивнула, словно придя к какому-то решению, и выдавила улыбку. — Ладно. Я справлюсь. Ради мальчишек. Давай установим несколько правил.

Её бодрый тон резал по живому, словно осколки стекла по открытому порезу.

— Мне не нужно притворяться, когда я рядом с тобой. Это самое простое в этой истории, — попытался я её успокоить. — Дело не в тебе.

— О, это я знаю. Потому что сегодня ты поцеловал меня так, будто это было совсем не в тягость. Или ты просто мастерски умеешь притворяться. А потом, как только Райкер вошёл в дверь, снова стал холодным и безразличным, даже не моргнув. Что бы это ни было, но это связано именно с тобой. Так что, насчёт правил…

Господи, как же я хотел, чтобы в бокале была текила, а не шампанское.

— И чего бы ты хотела? — спросил я, вместо того чтобы осушить остатки и искать ещё.

— Если мы собираемся притворяться женатыми, то могу ли я рассчитывать, что ты не будешь спать с кем-то из местных? — Она вопросительно подняла брови.

— Прошу прощения? — Она могла бы с тем же успехом плеснуть остатки шампанского мне в лицо.

— Ну, я знаю твою историю и твою… — она махнула рукой в мою сторону, — общую ненасытность. Не то чтобы ты не появился здесь на прошлых выходных с кем-то. Просто я хочу быть уверенной, что это не окажется кто-то, с кем мне придётся сталкиваться и выслушивать сплетни. Потому что это совсем не поможет нашему спектаклю. — Она направилась на кухню, и я пошёл следом.

Гравитация.

— Ненасытность? Серьёзно? Я, значит, общая угроза для всего женского населения Легаси? — Я поставил бокал на столешницу и встал так, чтобы остров оказался между нами.

— О, я уверена, девчонки из Легаси сейчас горюют из-за новости о нашей свадьбе. С кольцом или без — некоторые были бы более чем рады составить тебе компанию, особенно теперь, когда команда официально вернётся через пару недель. Вы тут будете как рок-звёзды. Сколько команд журналистов просило об интервью? Семнадцать? Восемнадцать? — Она резко поставила бокал на стойку, и часть шампанского выплеснулась через край.

Мне куда больше нравилось, когда злость Харпер была направлена на Райкера.

— Без понятия. Эмерсон всем этим занимается. И ты серьёзно хочешь сказать, что твоя первая забота — это смогу ли я держать свой член в штанах?