— И где он, чёрт возьми, был всё это время? — рявкнул я. Отцы не должны уходить. Женщины — могут, я это знал на собственном опыте. Но не отец. Не тогда, когда его дети нуждаются в защите.

— Он ушёл ещё на раннем сроке беременности Лизы Джеймсом. Он не хотел второго ребёнка. Честно говоря, его и с Лиамом толком не было рядом. Я веду у него занятия уже два года, и Нолана видела всего пару раз.

— Чёрт. — Я выдохнул и провёл руками по волосам, сцепив пальцы на затылке. — Я никогда не хотел детей, но даже представить не могу, как можно их бросить. У меня даже собаки нет, я не настолько ответственный, а уж дети…

— Потому что ты бы никогда так не поступил, — сказала она тихо, и её глаза заблестели.

У меня сжалось сердце. Наверное, это было самое приятное, что мне когда-либо говорили.

— В общем, извини за дом. Я жила у Райкера последние пару недель, пока ремонтировали мою квартиру. Большой потоп.

— Да, я знал. Рай рассказывал. Так ты написала мне? — Она, должно быть, была в отчаянии. За последние семь лет наше общение ограничивалось вежливыми фразами, когда я бывал в городе. Если я хотел её увидеть, то делал это «случайно». Если хотел сводить её на обед, то внушал эту идею Райкеру, чтобы выглядело, будто это его мысль.

Она поморщилась. — Мне правда очень жаль. Я не знала, куда ещё обратиться, и Эмерсон предложила тебя, потому что ты вроде как должен был приехать только через месяц. И прости насчёт Мелинды. Она казалась... хорошей, и я понимаю, почему она могла тебе нравиться. И мне очень жаль за блевотину и беспорядок...

— Стоп, — я перебил её болтовню, вставая, но не подходя ближе. Я всеми силами старался держать между нами пять шагов. Это спасало от случайных поцелуев. Или преднамеренных. — Харпер, это всего лишь дом. Четыре стены и крыша. Ты — семья. А Мелинда… мы были просто друзьями. Мы жили на одной улице в Лос-Анджелесе, и, как я уже сказал, она просто попросилась поехать со мной, чтобы навестить сестру. Повторю ещё раз: ты — семья. А семья всегда важнее всего.

Её улыбка дрогнула. — Спасибо. Я приберусь и мы уйдём, не будем мешать.

— Я уже всё убрал, — скрестил я руки на груди. — И куда, чёрт возьми, ты собираешься их вести?

— Правда? Эм, спасибо, — она буквально выворачивала полотенце в руках. — Я… я не знаю, куда мы пойдём. Эллиот должна прийти днём, проверить, что они в хорошем доме, а у нас даже продуктов нет, и это вообще не мой дом. — Она провела рукой по лицу и шумно вдохнула. — Что я натворила? У меня не было права их забирать, не так. Но я не хотела, чтобы их разлучили, или отдали чужим, не после всего… Я и сейчас не хочу. И пусть они не совсем семья для пожарных, но Лиза была одной из нас. А мы заботимся о своих. Это значит — и о Лиаме с Джеймсом. Мы оба знаем, что значит потерять родителя.

Она сказала мы. Сердце у меня споткнулось.

Чёрт. Я не мог выгнать её с двумя малышами, которым некуда идти. Особенно с этими детьми. Их мать была вдовой пожарного из Легаси, и их ситуация слишком сильно задевала меня, чтобы просто отмахнуться.

Это всего неделя или около того. Я вполне смогу держать руки при себе столько времени. Тем более, Райкер, судя по его последнему сообщению, не собирался возвращаться ещё неделю или две, что упрощало задачу.

— И что ты собиралась делать, пока я не вернулся? — спросил я.

Она встретила мой взгляд на секунду, потом отвела глаза. — С утра сходить за продуктами и попросить девчонок помочь всё подготовить, чтобы пройти проверку и получить одобрение Эллиот.

— Отлично. Значит, так и сделаем. Добьёмся одобрения дома. — Я нарушил своё правило пяти шагов, подошёл к ней и осторожно отвёл её руку от лица. Полотенце упало на пол.

— Дело не только в здании, Нокс. Важно, чтобы это был дом. — Пульс на её запястье подскочил под моим большим пальцем.

— Да ладно, я не такой уж ужасный. Ещё не успел завезти пивной автомат или проституток из Вегаса…

— Пока что, — пробормотала она.

Я едва не рассмеялся, но сдержался и посмотрел серьёзно. — Я не шучу. Это всего неделя, верно?

— Плюс-минус, — тихо ответила она. — Похороны во вторник, так что к пятнице надеются, что мальчиков заберут родственники или устроят в приёмную семью.

Мне совсем не нравилось это слово — устроят. Это же дети, маленькие и беззащитные, а не багаж, который можно пристроить.

— Вы остаётесь здесь. Все. Комнат полно, а мальчишкам сейчас больше всего нужна стабильность. Их и так уже таскают туда-сюда.

— Нокс, это очень мило с твоей стороны, но ты ведь любитель шёлковых простыней — да, я видела, — а они шумные, блюющие и неугомонные дети.

— Во-первых, шёлковые простыни легко стираются. Это вопрос температуры воды. — Мои пальцы медленно скользнули по нежной коже её запястья. — А во-вторых — никаких «но». — Я наблюдал, как она в уме взвешивает плюсы и минусы. Её лицо всегда было лёгким для чтения. — Слушай, Харпер, последний раз я видел маму, когда мне было лет десять, да?

— Да, — кивнула она. Она знала. Она была там после, обнимала меня своими маленькими руками и сердцем больше, чем она сама.