– Дома ли мистер Конти, сэр? – прямо спросила Хелен, пытаясь не обращать внимания на его пристальный взгляд.

– Насколько я знаю, да, мисс, граф Конти находится дома. – Дворецкий пытливо приподнял брови. – Но, боюсь, он занят.

– Я знаю. Он пишет свою книгу, – кивнула Хелен. – Но я думаю, у него найдется время принять меня, сэр. Передайте ему, что мисс Хелен Валент желает передать ему письмо от ее отца, мистера Валента.

– Мисс Валент! – встрепенулся пожилой дворецкий, и его лицо засияло.

– Разве мы знакомы с вами, сэр? – удивленно улыбнулась Хелен.

– Лично, нет, мисс, но я много о вас слышал. О вашем семействе и особенно о вашем предке… – Дворецкий на миг сузил глаза. – Фредерико?

– Федерико, сэр. Федерико Валенти, – с готовностью подсказала ему Хелен, удивляясь все больше и больше.

– Федерико! Какое красивое, сильное имя! Но о чем это я, мисс… Я не раз слышал имя вашей семьи от Ее Светлости графини Вайнрид и ее итальянского гостя. – Дворецкий широко распахнул двери. – Милостиво прошу вас простить мне мою грубость, мисс! Заходите! К сожалению, графиня неважно себя чувствует, и приказала не беспокоить ее.

– Я не желаю нарушать ее покой, сэр, – мягко сказала Хелен, заходя в дом и даже радуясь тому, что сможет увидеть графа Конти без того, чтобы развлекать беседой хозяйку дома. Она пришла увидеть его, а графиня пусть отдыхает. – Прошу, передайте мистеру Конти о моем визите, сэр.

– Как скажете, мисс. Дайте мне лишь одну минуту, мисс. – Дворецкий, немного прихрамывая, направился в рабочий кабинет гостя дома.

У Хелен появилось немного времени осмотреть прихожую, и она с широкой улыбкой и детским восхищением смотрела на эти чуждые ее английскому происхождению, но такие удивительные украшения и обстановку.

Англия осталась за дверями, а здесь, в доме графини Вайнирд, царила Италия. Прихожая была просторной и светлой, ее стены сияли разными цветами, благодаря большим разноцветным стеклянным фрескам, а одну из стен занимала огромная, яркая картина, на которой плескалось бирюзовое море, укачивающее на себе одинокую деревянную лодку старого, смуглокожего рыбака. Вдали виднелся скалистый берег, усыпанный зеленью. Эта картина была наполнена солнцем, и Хелен казалось, что она чувствует запах соли и моря. Хелен завороженно смотрела на это яркую игру красок и таланта, и ей было уютно и тепло, будто она была на этой старой рыбацкой лодке и качалась на этих бирюзовых волнах.

– Мисс Валент!

Словно очнувшись от сна, полного света и волшебства, Хелен машинально обернулась на зовущий ее голос, и ее сердце забилось быстрее.

– Мистер Конти! – приветливо сказала она и лишь потом заметила, что граф выглядел очень по-домашнему, даже неопрятным: на нем были темные бриджи, чулки, теплые, обитые мехом домашние туфли, и длинный, алый, подбитый мехом халат. Волосы графа лежали в беспорядке, и от него доносился сильный запах кофе. Но Хелен не почувствовала к нему ни призрения, ни отвращения – он был таким приземленным, таким домашним и простым. Она невольно улыбалась и думала о том, что он красив и в бальном наряде, и в домашнем халате.

– Ах, я не знал, что вы придете… Я выгляжу ужасно… Ужасно! – запричитал граф, приняв ее восторженную улыбку за насмешливую. – Но клянусь Мадонной, так я выгляжу лишь, когда занят книгой. Если бы я только знал, что вы желаете посетить мою скромную особу, я бы принарядился…

– О, нет, нет, сэр! Вы прекрасно выглядите, сэр, даже в этом халате и в этих туфлях! – перебила его Хелен, не желая, чтобы он напрасно упрекал себя. – Да и это моя вина, сэр. Мне следовало послать вам записку…

– Вы здесь, и это честь для меня, мисс Валент! – улыбнулся граф, но вдруг нахмурился и покачал головой: – Но что это? Никто не удосужился забрать ваши теплые одежды, мисс! Что за лентяи! Снимайте же свой мех и ваши варежки, мисс Валент!

Хелен поспешно избавилась от плаща, варежек и капора. Мистер Конти энергично забрал у нее вещи и осторожно повесил их на стоящую в углу гипсовую статую полуобнаженной нимфы.

– Пусть эта нимфа наслаждается вашим мехом, мисс, а я, если вы мне позволите, проведу вас в мой кабинет, где мы сможем побеседовать наедине, – сказал граф и сделал приглашающий жест рукой.

Хелен почувствовала, как ее руки задрожали, а к щекам прилила кровь. Ей было страшно и сладко одновременно… Сейчас она вновь останется с ним наедине… Наедине? Но это так неприлично!

«Всего несколько минут! Это не повредит моей репутации. И я не собираюсь делать ничего вульгарного или недостойного. Я хочу поговорить с ним, и только,» – уверила себя Хелен и, глубоко вздохнув, кивнула и направилась вслед за графом, вглубь дома.