– Думаю, в этот раз я не откажусь от крепкого итальянского кофе, сэр, – застенчиво, но не отрывая взгляда от темных, глубоких, как колодцы глаз графа, сказала на это Хелен.

Глава 34

Глава 34

Начало июня было теплым и безветренным. Вернувшиеся с юга птицы громко пели, наполняя сердца сладостью лета. Снег в этом году растаял рано, и повсюду красовались новорожденные цветы: полевые, скромные, но вызывающее восхищение своей элегантной простотой, и яркие, экзотические сорта, нарочно заказанные местными дворянами из других стран.

Висперин-Пайнс-Манор (Поместье Шепчущих Сосен. Прим. Автора) не зря имел такое поэтическое название: хозяйский дом и сад были окружены высокими, могучими соснами, стоящими в нескольких шагах друг от друга и словно нашептывающими мечты и грезы, при порывах и дуновениях ветра. Эти сосны надежно скрывали сад от любопытных глаз, и тайные возлюбленные проводили эти несколько полуденных часов в их окружении и покое.

– Я написал это ночью. Я думал о вас и мечтал, чтобы поскорее настало утро. Умоляю вас, моя Хелен, прочтите и не судите меня строго. – Граф вложил в правую ладонь мисс Валент небольшой, сложенный в три раза лист бумаги.

Хелен хитро улыбнулась и, опередив графа на несколько шагов, села на скамью, под большим, покрытом зелеными свежими листьями деревом, и лишь тогда развернула записку.

Средь пустоты и белых льдов

Я встретил деву моих грез

И я в плену ее оков

Что слаще меда, краше роз

Твой навеки

Рафаэле

– Ах, Рафаэле, это так мило! – искренне сказала Хелен и прижала бумагу к сердцу. – Я буду хранить эти строки всю мою жизнь… Когда вы уедете, я буду читать их каждый вечер, перед сном, чтобы вы приснились мне.

– Я все еще надеюсь, что вы поедете со мной, – мягко сказал Рафаэле, садясь рядом с Хелен и беря ее ладонь в свою.

– Вы ведь знаете, что это невозможно. Этого никогда не случится, – покачала головой Хелен. – Но вы можете остаться жить здесь. Тогда мы поженимся и родим детей… Мы можем стать семьей здесь, в Англии.

– Я люблю вас всем моим пылким сердцем, Хелен, но я не могу остаться. Во Флоренции я владею большим богатым поместьем, репутацией, связями. Что ждет меня здесь?

– Здесь у вас есть я. Мы можем стать Офелией и Федерико. Если вы решите остаться.

– Увы… После моей долгой болезни, которая отняла у меня целый месяц встреч с вами, мое здоровье пошатнулось, и я нуждаюсь в горячем, целящем воздухе моей Родины. – Граф поцеловал ладонь своей возлюбленной. – Я хотел бы остаться! Видит Бог, я не лгу! Но еще одна английская зима убьет меня. Хелен, во Флоренции нас ждет новая жизнь! Наши дети будут обласканы солнцем и свежим бризом…

– Ну, зачем? Зачем вы мучаете меня? – печально спросила Хелен, поднимаясь на ноги и медленно отходя от скамьи.

Граф последовал за ней.

– А вы мучаете меня! Я люблю вас, Хелен! Мечтаю о вас! Желаю вас! – настойчиво сказал он, вновь беря ее ладонь в свою.

– Тогда останьтесь! – так же настойчиво ответила ему Хелен. – Вы говорите о любви, но не готовы пожертвовать собой ради нее!

– Готовы ли вы? – нахмурился Рафаэле.

Это был справедливый вопрос, и Хелен осознавала, что не имеет права требовать от графа жертв, на которые сама она пойти не готова – оставить семью, родной дом, родную землю…

– Значит, нам не было суждено быть вместе, и наш тайный роман приведет нас лишь к боли и… – Хелен грустно улыбнулась графу. – Ни к чему, сэр! Возможно, мы поступаем неверно и очень эгоистично, обманывая всех вокруг. Я лгу моему отцу, которого я так люблю и которого уважаю всей моей душой…

– Я знаю, Хелен, и я понимаю вас, – тихо сказал Рафаэле, положив свои ладони на плечи девушки и прижав ее к себе. Она прильнула к нему и закрыла глаза. – Именно поэтому я желаю стать вашим супругом. Но я не могу остаться в Англии. Я сын Италии, и не могу жить без нее. Здесь я никто, там – я хозяин и владелец, дворянин, изготовитель вина…

– Все это вам дороже меня! – перебила Хелен и отпрянула от него.

– Нет, Хелен, в этом мире для меня нет ничего дороже вас! – немного строго ответил на это Рафаэле. – Но это я должен привести мою супругу в мой дом, а не вторгаться в дом ее отца!

Хелен не ответила.

– Я уезжаю в Лондон, Хелен. Послезавтра.

Глаза девушки широко распахнулись. Она подошла к графу и положила ладони на его широкую грудь. Все ее существо объял ужас. Ужас расставания и потери.

– Уезжаете? – недовольно переспросила она. – Но ваша книга не написана и наполовину!

– Увы, не думаю, что мне удастся дописать ее. Моя голова забита мыслями о вас, и я не могу сосредоточиться ни на чем другом, – с печальной улыбкой объяснил граф.

– И когда же вы собирались рассказать мне о вашем отъезде? – не унималась Хелен. – И сколько же времени вы проведете в Лондоне? Когда вы вернетесь ко мне?

Граф смотрел в темные глаза возлюбленной с такой любовью и грустью, что Хелен поняла: он не вернется.

Не вернется!