— Святые небеса, — произнес он, опуская взгляд на главу семейства. — Я живу на этом свете достаточно долго и повидал немало форм идиотизма. Но то, что происходит в вашем доме… это, признаюсь, новый уровень. Вы даже врать складно не умеете, — он шагнул вперед, нависая над отцом. Реджинальд Вайрон, который обычно кичился своим ростом и статусом, сейчас казался сжавшимся карликом перед скалой. — Мое терпение — ресурс исчерпаемый, граф. И оно на пределе. Вы запираете предложенную ранее невесту, ради которой я пересек полстраны. Вы лжете мне в лицо, считая, что я слеп или глуп. Вы оскорбляете мой интеллект своими жалкими оправданиями, — Рафал улыбнулся. Но это была не та улыбка, от которой становится тепло. Это был оскал волка, загнавшего добычу в угол. — Впредь, прежде чем делать очередной ход в этой вашей убогой игре, подумайте десять раз. А лучше двадцать. Потому что, если я еще раз почувствую, что меня водят за нос или пытаются манипулировать, просто оторву вам головы.

Отец побледнел до синевы, схватившись за горло. Элис тихо пискнула и спряталась за спину матери.

Рафал выдержал театральную паузу, наслаждаясь произведенным эффектом, и небрежно махнул рукой:

— Фигурально выражаясь, разумеется. Я же цивилизованный человек.

«О да, — подумала я, скрестив руки на груди и наблюдая за этим спектаклем. — Цивилизованный, как гильотина».

Аура, исходящая от этого мужчины, давила физически, как свинцовый фартук в рентген-кабинете. Воздух в коридоре наэлектризовался, но вместо страха я почувствовала резкий выброс адреналина. Мой пульс участился, но это была не паника, а странное, боевое воодушевление.

Глядя на то, как мои «любящие» родственники вжимаются в стены, я испытывала злорадство, мстительное удовлетворение. Рафал был невыносим, груб и нагл — качества, которые меня в нем бесили, — но именно сейчас этот таран работал в мою пользу. Наконец-то нашелся хищник крупнее, чем эти домашние гиены. В мире фальшивых улыбок его неприкрытая агрессия действовала отрезвляюще, как нашатырь.

Лорд Авьер обернулся ко мне. Весь его гнев мгновенно улетучился, сменившись той самой наглой, изучающей усмешкой. Он окинул меня взглядом с головы до ног, задерживаясь на распустившихся волосах и простом домашнем платье, которое, к счастью, было вполне приличным, хоть и не парадным.

В его глазах плескалось что-то темное, тягучее. Не просто интерес. Это был взгляд мужчины, который видит женщину. Не титул, не приданое, не проблему, а женщину. Меня обдало жаром, и я поспешно отвела взгляд, делая вид, что очень заинтересовалась трещиной на паркете.

«Не ведись, Саша, — одернула я себя. — У него просто тестостерон зашкаливает. Или этот тип такой же психопат, как и семейка Алексии, просто более харизматичный».

— Вы готовы к завтраку, леди Алексия? — он протянул мне руку. — Или предпочтете остаться в этой… камере, чтобы и дальше наслаждаться родительской заботой?

Я посмотрела на его ладонь — широкую, с длинными пальцами воина, на которых виднелись старые мозоли от меча.

— Пожалуй, предпочту поесть, — ответила я, вкладывая свою руку в его. — Не стоит портить желудок вынужденным голоданием из-за чужой глупости.

— Разумный подход, — хмыкнул Рафал, сжимая мои пальцы чуть крепче, чем требовали приличия. От этого прикосновения по руке прошел электрический разряд, ударив куда-то в солнечное сплетение.

Мы спускались по лестнице в гробовом молчании. Семья семенила следом, боясь издать лишний звук.

В столовой уже ждал Эдвин. «Лже-лорд», увидев нас, поперхнулся водой, но быстро взял себя в руки.

— Доброе утро, — прокаркал он, пытаясь изобразить аристократическую невозмутимость.

Слуги, заметив настроение хозяев и гостя, запорхали по столовой со скоростью света. Через минуту на столе появились дополнительные приборы.

Я села, чувствуя на себе взгляд Рафала. Он не сводил с меня глаз, даже когда накладывал себе еду. Это нервировало. И волновало. Черт бы его побрал, почему он так смотрит? Словно я — загадка века, которую он намерен разгадать прямо здесь, между поглощением тостов и яичницы.

— Итак, — начал Рафал, когда все немного успокоились и приступили к трапезе. Он откинулся на спинку стула, вертя в руках бокал с соком. — Давайте перейдем к делу. Я не любитель долгих прелюдий и хождений вокруг да около. Как известно присутствующим, я приехал сюда с единственной целью — ответить на ваше приглашение. И я заинтересован в браке с леди Алексией.

Отец, который только начал приходить в себя, встрепенулся. В его глазах снова загорелся алчный огонек.

— О, милорд! Это мудрое решение! Мы…

— Помолчите, граф, — лениво прервал его Рафал. — Я еще не закончил. Обычно в таких случаях обсуждается брачный договор и выкуп за невесту. Я навел справки. Семья Вайрон не бедствует, но и не процветает. Земли нуждаются во вложениях, крыша — в ремонте, а запросы ваших дам… — он выразительно посмотрел на Элис, увешанную драгоценностями, — требуют серьезного финансирования.

Элеонора поджала губы, но промолчала.

— Я готов предложить за леди Алексию выкуп, — продолжил Рафал. — Сто тысяч золотых крон.