» Фэнтези » » Читать онлайн
Страница 107 из 138 Настройки

Прикусываю щеку изнутри, набираясь смелости задать потенциально опасный вопрос. Понижаю голос до шепота:

— Кто из твоих родителей фейри?

Он молчит, но ответ очевиден.

Если и лорд, и леди Филлипс — известные люди, значит, один из них изменил супругу. И тот родитель, которого Монти презирает...

— У твоего отца была связь на стороне. Твоя мать была фейри.

Он резко втягивает воздух, но снова ничего не отвечает.

Изучаю его. Дождь блестит на коже, плечи сотрясает дрожь. Он чувствителен к дождю, но, вероятно, не к воде самой по себе. Плохо ему становится именно тогда, когда холодная вода промачивает насквозь.

— Она была огненной фейри, верно?

Уголки его глаз опускаются, а поза становится мягче, словно он испытывает облегчение. Наверное, ему никогда и ни с кем не удавалось поговорить об этом.

Монти трет грудь, будто проверяет, не вернулась ли боль, не нарушает ли он сделку. Но если условия требовали лишь не рассказывать никому и намеренно не позволять узнать, что он наполовину фейри, то опасность уже миновала.

Тайну я знаю. Только не подробности.

Он резко кивает.

— Ты никогда с ней не встречался?

— Некоторое время я ее знал, — слабым голосом отвечает Монти. — Но так и не узнал имени и понятия не имел, что она моя мать. Откуда мне было знать? Меня растили в уверенности, что у нас с Анджелой одна мать. Но правду я узнал именно благодаря леди Филлипс. Она слишком любила выпить и однажды в пьяном состоянии заметила, что я во всем похож на свою мать и жаль, что та не могла видеть, как я взрослею. Когда я потребовал от отца объяснений, он попытался все обратить в шутку, но я не отступил. В конце концов он рассказал правду. Моя мать была куртизанкой, и отец вынудил ее отказаться от меня сразу после рождения. Убедил, что мне будет лучше расти сыном уважаемой человеческой пары, чем незаконнорожденным ребенком проститутки-фейри. К тому времени, когда он мне все рассказал, мне было пятнадцать. А мать уже давно исчезла.

— Не понимаю. Ты сказал, что некоторое время ее знал.

Его кадык дергается.

— Она тайком пробиралась на территорию нашего поместья в Неблагой форме. А потом ушла, потому что... потому что я относился к ней как к домашнему животному.

Осознание тяжестью обрушивается на грудь.

— Твоя мать была тем животным, с которым ты дружил. Лисицей-фенеком.

Теперь все сходится. Фенеки обитают в пустынях, и, полагаю, большинство фейри этого вида родом из Огненного двора, где раскинулись дюны.

— Репутация моей семьи построена на лжи. На лжи, которую отец заставил меня поклясться никогда не раскрывать, пригрозив, как сильно пострадает моя младшая сестра, если правда всплывет. И он прав. Если люди узнают, что у моего отца была связь с фейри, что он скрывал происхождение собственного сына и выдавал себя за человека с безупречными человеческими добродетелями, семье Филлипс придет конец.

Хмурюсь.

— Это не твоя тайна, которую ты должен нести. Она принадлежит ему. И если правда всплывет, виноват будет только он сам.

— Возможно. Но пострадает не только он. Пострадает моя сестра. Даже мать — мать Анджелы — будет ранена. Отец представляет людей при нашем дворе. Он должен воплощать вершину человеческой благопристойности. Если выяснится, что он принял незаконнорожденного ребенка и скрыл правду, имя Филлипсов будет опозорено.

— Это последствия его поступков, не твоих. Понимаю, что ты хочешь защитить Анджелу от такого кошмара, но не обязан взваливать всю ответственность на себя.

— Обязан, — отвечает он, отталкиваясь от стены и выпрямляясь. — В том положении, в котором оказался, виноват я. Только я. Я совершил идиотскую ошибку, взяв заем у того, кто торгует секретами. Думал, что смогу сам выбрать, какую тайну отдать, но должен был понимать, что все будет иначе. Анджела заслуживает стать наследницей. Под ее руководством наша семья сможет обрести новое имя. Я хочу для нее такого будущего — чтобы она возглавила все деловые дела отца. Она уже прекрасно справляется с этой ролью. Если тайна всплывет, виноват буду я. Ее будущее окажется разрушено из-за меня.

Во мне поднимается раздражение. Я понимаю его доводы, но от этого они злят не меньше.

— Твой отец знает о займе? Наверняка он бы расплатился, если бы узнал.

Монти невесело смеется.

— О, он бы заплатил. А затем использовал долг как рычаг, чтобы вернуть меня в семью.

Сдвигаю брови.

— Тогда откажись.

Он приоткрывает рот и не отрывает от меня глаз. На лице проступает почти ужас, но я не понимаю его причины.

— Все не так просто, — шепчет он.

— Почему не просто? Он уже лишил тебя наследства. Ты связан сделкой, которая запрещает рассказывать кому-либо его тайну и жениться, но во всем остальном ты не обязан ему подчиняться. Предложи спасти самого себя и погасить твой долг, а затем разорви отношения на своих условиях, а не на его. Пусть сам разгребает собственный бардак.

Ужас на его лице усиливается.

— Но Анджела...