Мне не стоит относиться к его играм легкомысленно хотя бы потому, что просто не будет, уж точно не с ним. И одному богу известно, что от меня останется после этой встречи.

— Боже, о чем я только думаю, — немного нервно посмеиваюсь, потирая пальцами лоб, но никотин сделал свое дело, слегка расслабив приятным головокружением, однако вибрация телефона на столе вновь натягивает внутри меня струну.

Особенно когда я вижу имя абонента.

Муж.

Перевожу взгляд на время, и тревога бьет под ребра.

Он никогда не звонит мне в рабочее время.

Мы вообще редко созваниваемся, только по необходимости: например, сообщить, что он приехал за мной, или предупредить, во сколько мне быть готовой к походу в ресторан.

Но сейчас самый разгар рабочего дня, он знает, что у меня пары, и никогда бы не стал отвлекать. А значит, что-то случилось, что-то, что сбило его заводские настройки.

Палец нервно соскальзывает по экрану, и я неуверенно подношу телефон к уху, заставляя свой голос звучать ровно:

— Да, Паш?

— Встреть меня, пожалуйста.

Я открываю и закрываю рот, растерявшись от тревожных ощущений, сдавивших грудь.

— Э-э, д-да, конечно, — неловко царапаю пальцами шею. — Что-то случилось?

— А должно? — строго отвечает муж вопросом на вопрос, и я, как наяву, вижу его ледяные глаза, буравящие меня стальным взглядом.

«Багирова ведь не могла позвонить ему?» — мелькает паническая мысль, и я впиваюсь ногтями в горло.

— Нет, — выдавливаю из себя. — Просто неожиданно, что ты приехал.

В ответ он прочищает горло. И как это понимать?

— Спускайся, Эльвира. Я не люблю ждать.

На этом вызов обрывается, а судя по холодному тону мужа, мне не светит ничего хорошего.

Поэтому я сразу поднимаюсь со стула и на дрожащих ногах выбегаю в холл. А оттуда на улицу, в такую необходимую сейчас остужающую прохладу, встретившую меня хлестким ветром.

Останавливается черный внедорожник, из него выходит мой муж, к встрече с которым я совершенно не готова, но тем не менее я плыву прямиком в акулью пасть.

Паша срывает с себя пиджак и накидывает мне на плечи, вместо того чтобы поцеловать в висок, как обычно.

— Я не просил выбегать на улицу раздетой, — недовольно заявляет он и, обхватив меня за талию, направляет обратно к универу.

И даже его жест с пиджаком не греет, наоборот, еще больше холодит.

Мы проходим турникеты, Паша кивает в знак приветствия охраннику, я же, как механическая кукла, следую за ним, в одной руке сжимая телефон, другой — полы его пиджака, пропитанного тяжелым парфюмом.

На нервах я забываю себя контролировать и допускаю ошибку: лопаю пузырь жвачки.

Рука на моей талии резко сжимается, заставляя остановиться, и я тяжело сглатываю.

Затаив дыхание, поднимаю взгляд на недовольное лицо Паши.

Он протягивает ладонь, чтобы я выплюнула на нее жвачку — его неимоверно раздражает моя привычка ее жевать.

Я осторожно вынимаю изо рта пальцами белый комок и вкладываю мужу в руку. Он с омерзением отбрасывает резинку.

А потом как ни в чем не бывало снова подталкивает меня вперед к… кабинету ректора.

О боже, нет, нет, нет…

Мне кажется, я даже машинально сильнее вколачиваю каблуки в пол, стараясь замедлиться, но Пашу это не смущает, он ясно дает понять: если потребуется, ему ничего не стоит затащить меня к Багировой за шкирку.

— Павел Евгеньевич, — привстав, приветствует его секретарша — наконец-то находится на рабочем месте. — Присядьте, пожалуйста, я сообщу…

Но Паша игнорирует ее лепет и без стука открывает дверь к ректору.

Мариана Арслановна вздрагивает от внезапного вторжения, замерев с телефоном у уха, а потом с холодным «Я перезвоню» сбрасывает вызов и поднимается нам навстречу, разглаживая несуществующие складки на синих брюках и позвякивая золотыми браслетами.

— Павел Евгеньевич, я правда не хотела вас беспокоить, но обстоятельства сложились иначе…

— Вы обязаны беспокоить меня по любым вопросам, касающихся моей жены, — гремит он и подталкивает меня к стулу. — Я жду отца пострадавшего и студента, который устроил весь этот кордебалет.

11

— Юрий Константинович будет в течение часа.

— Отлично. — Паша садится на соседний стул, раздраженно поправляя манжеты. — Тогда пока пригласите студентов. Так даже лучше. — Он поднимает на Багирову взгляд из-под бровей. — Я пока выясню из первых уст, за что мою жену хотят убрать из преподавательского состава.

Резко вздохнув, впиваюсь ногтями себе в бедра.

Мариана, взмахнув рукой, переходит на неофициальный тон:

— Паш, это недоразумение. Я все улажу.

— Я вижу, как ты улаживаешь. Какого черта ты сразу мне не позвонила? Или мой номер только для выпрашивания бабла?

Багирова оскорбленно поджимает губы, вздергивает подбородок.

— Паш…