— А я очень надеюсь, что ничего необычного происходить не будет, — еле слышно ответил я.

***

Илья понимал, что травы и снадобья знахарки не помогут ему, ведь с каждым днем раны выглядели все хуже. Он чувствовал, что слабеет, и понимал, что смерть близко. Отправить отсюда весточку Степе не представлялось возможным, поэтому он решил довериться судьбе и перестать бороться. Если суждено умереть во цвете лет, значит, так тому и быть.

Дверь скрипнула, и послышались легкие торопливые шаги. Это точно была знахарка Пелагея. Илья повернул голову и встретился с ее почти черными глазами.

— Ну как ты, Илья? — спросила она, опустилась рядом с ним на колени и, отодвинув край повязки, заглянула под нее.

— Умираю, — еле слышно ответил он, ведь сил не осталось даже на разговоры.

Жизнь медленно, по капельке покидала его тело.

— Погоди умирать. Сегодня снова буду Лешего звать. Может, соизволит явиться, — она с недовольным видом покачала головой, разглядывая его грудь.

— А нельзя ли послать за доктором? — с надеждой попросил Илья.

— Пока туда, потом обратно — помрешь за это время. Обиделся Леший на меня, что в прошлый раз мало подношений принесла, вот и воротит нос. Ну ничего, сегодня он обязан явиться, а то самому же плохо будет, — грозно сказала девушка, посыпала раны сухой травой с терпким, кисловатым запахом и вновь накрыла тканью.

— Кто такой этот Леший? Травник? Знахарь? — уточнил Илья, ведь три последних дня только о нем и слышал.

— Не человек он. Увидишь — сам поймешь, — знахарка поднялась на ноги и принялась заплетать растрепанные волосы. — Ты раньше времени себя не хорони. И не таких вытягивала. Помнится, лет сорок тому назад местному мужику ногу деревом раздробило. Хотели уже отпилить, но Леший вышел и ногу заживил. Даже все шрамы прошли, которые он на войне получил. Нога как новая стала.

— Вы так уверенно об этом говорите, будто сами видели, — ответил Илья, не веря ни единому слову.

— Сама и видела, — подтвердила она. — Сама и Лешего вызывала. Бабка меня научила.

— Сорок лет назад? — с недоверием посмотрел он на нее. — Не может быть. Вам самой не больше двадцати пяти.

— Ошибаешься, голубчик, старше меня никого в деревне нет, — она завязала косу синей лентой и вышла.

Илья отвернулся к стене. Из-за жара и слабости он даже думать не мог. Не понимал, как очутился у деревни, ведь был в постоялом дворе, а тут еще какая-то девица заявляет, что она старше всех местных и может вызвать какого-то Лешего. Он решил, что Леший — это прозвище и речь идет о каком-то травнике или тоже знахаре.

Отпив из кружки травяной настойки, что стояла на табурете у его лежанки, Илья решил поспать, чтобы конец наступил быстрее. На постоянную ноющую боль в груди он уже не обращал внимания, будто она стала частью его самого.

Во всей этой ситуации ему больше всего было жаль родителей, которые никогда не узнают, что случилось с их сыном. Перед отъездом из Иркутска он написал домой письмо, в котором рассказал о своих планах и мечтах. Написал, что направляется в Москву, а оттуда — в Причерноморскую губернию. Больше они от него вестей не получат. Какое-то время он будет числиться пропавшим без вести, и родители будут надеяться, что он рано или поздно объявится, а потом поймут, что этого никогда не случится. Возможно, это даже лучше, чем точно знать, что сын мертв.

— Умирать не так уж и страшно, — прошептал он и улыбнулся.

Илья уже задремал, когда услышал скрип двери и шаги. Наверняка пришла дочь крестьянина Варвара. Обычно, когда он спал, девушка тихонько подходила к его лежанке, прислушивалась к дыханию и шла заниматься своими делами. Но сейчас все было по-другому.

— Илья, ты меня слышишь? — легонько потрясла она его за плечо.

Ему очень не хотелось тратить силы на то, чтобы открыть глаза и ответить, но Варвара была очень настойчива.

— Илья, просыпайся! Просыпайся!

С тяжелым вздохом он открыл воспаленные глаза и уставился мутным взглядом на девушку.

— Хорошо, что ты еще здесь. Тебе помогут. Пелагея велела вывести тебя на улицу, — Варвара откинула одеяло и потянула его за руку. — Давай, вставай. Я не смогу тебя вынести, сил не хватит.

— Зачем мне куда-то идти? Дайте спокойно умереть. Осталось недолго, — слабым голосом ответил Илья.

— Леший пришел. Слышишь? Леший вышел на зов Пелагеи. Стоит на краю леса и ждет.

— Какой Леший? Что за бред? Никуда не пойду. Оставь меня в покое, или сразу в могилу положите, — запротестовал он, вырвал руку и снова натянул одеяло по самый подбородок.

— Ах так?! Либо ты сам встаешь, либо я папу позову, и он тебя на плече вынесет! — пригрозила Варвара, рывком сдернула одеяло и отбросила подальше. — Вставай! Леший пришел спасти тебя!

— Как же вы мне все надоели. Леший, Леший, Леший, — передразнил Илья. — Не даете помереть спокойно. Ладно, пошли, показывай своего Лешего.