— Ну-у, ты же не можешь быть всесильным, — развел руками Сергей, смахнул опавшие листья и опустился на скамью с коваными ножками. — А еще я очень горжусь, что ты студент академии. Ты смог обойти многих, и, пусть это нескромно, я имею к этому непосредственное отношение.

— Ты прав. Вы с Полиной многому меня научили.

Я взял руку девушки и поцеловал. Мне хотелось большего, но я не мог скомпрометировать ее, ведь вокруг было много людей, которые так же, как и мы, прогуливались и не спеша беседовали.

— Осталось пять дней до начала учебы. Ты уже купил все необходимое? — спросила Полина, прижавшись ко мне.

Мы сидели рядом друг с другом, и от этой близости мне становилось так тепло на душе, что я бы не хотел с ней никогда расставаться. Однако о том, чтобы сделать ей предложение, не могло быть и речи. Мне семнадцать лет. У меня нет своего дома, нет работы, нет капитала. Единственное, что есть — подарки благодарных излечившихся и небольшая сумма, которая постепенно таяла. Возможно, в скором времени мне придется задуматься о том, чтобы найти работу.

— Степа, а ты где собираешься жить? В Выселках? — спросил Сергей.

— Нет, не хочу пользоваться добротой Калининых. Мне предоставят общежитие, которое к тому же находится через дорогу от академии, поэтому не придется ездить.

— Я тоже не могу жить с тетушкой, которая думает, что может указывать мне, как жить. Вчера съехал от нее на съемное жилье и наконец-то вздохнул полной грудью. Свобода — такое пьянящее чувство, — он самодовольно улыбнулся и махнул рукой пареньку, продающему соленую закуску к пиву. — Корюшки дай один кулек, — попросил он и подкинул парню в руку монету.

— Ты съехал и не подумал обо мне, — буркнула Полина. — Теперь вся нерастраченная материнская любовь направлена на меня. Я засыпаю под рассказы о ее похождениях и просыпаюсь от нравоучений. Она даже взялась контролировать мой внешний вид и сама каждый день готовит мне наряд, в котором я должна ехать на работу в гимназию.

— Как твоя работа? — спросил я. — Нравится?

— Пока нравится, — кивнула девушка, но в глазах поселилась грусть.

— Что такое? — вмиг насторожился я, уловив изменение в настроении.

— Учеба пока не началась, и в гимназии находятся только работники. Я переживаю, что мне будет неловко при гимназистках.

— Что ж тут неловкого? — удивился Сергей. — Делай свое дело и не обращай внимания на других.

Полина пожала плечами и задумчиво посмотрела вдаль. Ее явно беспокоило что-то еще. Я не стал ее расспрашивать при брате. Спрошу, когда останемся вдвоем.

— А вон и наша карета. Кучер явился вовремя, — Сергей указал на шикарную карету с тройкой графини Демидовой, остановившуюся неподалеку.

Мы поднялись со скамеек и двинулись к карете.

— Степа, ты о нас не забывай. Держи мой новый адрес, — Сергей протянул мне свою визитку. — Если что понадобится или просто нужен будет собутыльник, я всегда буду тебе рад, — он рассмеялся и пожал мне руку.

Полина с укоризной посмотрела на брата и, несмотря на то, что на нас с интересом поглядывали, крепко обняла меня, но от моего поцелуя увернулась.

— До свидания, Степа. Мне бы хотелось видеться с тобой намного чаще. Ты знаешь, где я живу. Приходи в любое время, буду ждать.

— Непременно приду, — заверил я, помог подняться в карету и махнул рукой Сергею.

Друзья уехали, а я двинулся к академии в надежде, что уже вывесили расписание, но стена объявлений оказалась пуста. С нее убрали все листки и оттерли клей.

— Степа! — услышал крик за спиной.

Ко мне спешил тот самый уборщик, которого я спас от Рачкова, или, вернее сказать, не уборщик, а корреспондент «Обзора губернии».

— Здорово, Кирилл! — я пошел ему навстречу и пожал протянутую руку. — Как ты? Рана не тревожит?

— Нет, не тревожит. Благодарю за лечение, — раскланялся он, сияя, будто увидел не меня, а кого-то очень важного и значимого. — Читал о тебе в «Вестнике». Это просто потрясно! Ты победил эту жуткую болезнь!

— Было дело, — кивнул я.

— Такая удача, что я тебя встретил. Дашь мне интервью? — с надеждой спросил он.

— Особо нечего рассказывать. Академик Яров уже рассказал все журналистам из «Вестника».

— Меня этот академик совсем не интересует, — мотнул головой Кирилл. — Я знаю, что все сделал ты. Если ответишь на мои вопросы, я буду тебе очень благодарен. Могу даже поделиться своей премией, которую обязательно выпрошу у главного редактора.

Я вытащил карманные часы и посмотрел время.

— Вообще-то у меня есть пару часов…

— Отлично! Пошли в трактир. Я тебя угощу, а ты мне расскажешь, что там было, — оживился Кирилл, прислонил швабру к стене и пошел вперед меня. — Кстати, я решил остаться в академии. Уверен, здесь будет много интересного происходить. Ведь здесь учится сам сибирский знахарь-духогляд Устинов, — он распахнул передо мной дверь.