Локтем я задеваю его руку, и стакан переворачивается. Янтарная жидкость проливается папе на колени и разбрызгивается по полу.

— Ой… чёрт… — выпаливаю я.

Все замирают, наблюдая за очередной Катастрофой по имени Мэгги.

А потом папа громко смеётся.

— Господи, Мэгги, ты совсем не изменилась.

— Прости, я не заметила.

Присцилла прищуривается, и я быстро отвожу взгляд.

Один из работников уже появляется с тряпкой, а кто-то другой приносит новый стакан. Присцилла машет ему рукой.

— Я принесу другой.

— Всё в порядке, дорогая, — с улыбкой говорит Эван Присцилле, качая головой. — Сядь и позволь кому-нибудь другому позаботиться обо мне. Помнишь, как Мэгги опрокинула башню из шампанского на свадьбе Руперта и Мелинды?

— Это был несчастный случай, — бормочу я.

Элиза смеётся.

— Мэгги опрокидывает что-то — это уже почти семейная свадебная традиция. Надеюсь, вы с Присциллой обернёте всё пузырчатой плёнкой на своей свадьбе.

Все смеются. Даже Роман. Я смотрю в пол, чувствуя, как горят щёки.

Объявляют ужин, спасая меня от необходимости сидеть здесь дольше и чувствовать себя неуклюжей идиоткой.

Роман вопросительно приподнимает брови, и когда я выхожу из комнаты, идёт за мной следом.

— Это не выглядело случайностью, — шепчет он, пока мы идём по коридору к меньшей столовой.

Я качаю головой.

— Присцилла что-то подсыпала папе в напиток.

— Что именно?

— Ну… не знаю. Она сказала, что это добавка.

— А может… это и правда добавка? — Роман слегка толкает меня плечом. — Они выглядят довольно влюблёнными.

Я закатываю глаза.

— Если это обычная добавка, ей не пришлось бы вести себя так подозрительно.

— Справедливо.

Стол накрыт для ужина в тесном семейном кругу. Вдоль него тянутся ряды мерцающих свечей и красивых цветочных композиций, а посуда блестит в их мягком свете. Персонал постарался на славу, хотя сегодня за столом собралась только семья.

Роман садится рядом со мной, выглядя совершенно невозмутимым среди всей этой роскоши.

Папа сидит во главе стола, рядом Присцилла, её рука легко лежит поверх его. Он выглядит расслабленным и счастливым оттого, что мы все снова вместе. Из-за этого моя тревога начинает казаться немного нелепой.

Нам подают одно изысканное блюдо за другим — порции небольшие, зато вкусы насыщенные. Дичь с терпкими ягодами, глазированные морские гребешки на овощном пюре, а к каждому блюду — подходящее вино. Роман ест так, словно его морили голодом.

Фрейзер сидит напротив меня, ссутулившись. Тёмные волосы падают ему на глаза, пока он ковыряется в тарелке. На семейных ужинах он обычно присутствует лишь телом, почти не участвуя в разговорах. Мелкий угрюмый засранец. Он то и дело поглядывает на Романа, потом на меня, и в его глазах мелькает любопытство.

Элиза с присущей ей лёгкостью поддерживает беседу, удерживая внимание всей семьи.

В какой-то момент она наклоняется ко мне и тихо говорит:

— Роман отлично справляется.

— Мм, а почему бы и нет? — бормочу я в ответ.

Она улыбается.

— О, у меня есть пара причин в голове.

И тут Кофин врывается в комнату вихрем чёрных перьев.

Шум крыльев взметает мои волосы, а ворон роняет что-то тёмное и блестящее прямо на тарелку Присциллы и выхватывает кусок её оленины острыми когтями.

Жук. В идеальном состоянии и вполне себе живой.

Присцилла опускает взгляд на тарелку, потом спокойно смотрит на официанта.

— Можете заменить это, пожалуйста?

Тарелка исчезает без единого комментария.

Элиза смотрит на Кофина, который уже сидит на камине и рвёт украденное мясо. Ну, по его мнению, это был вполне честный обмен.

— Нельзя сказать, что он не предложил выгодную сделку.

Роман громко смеётся.

— Обожаю его. Настоящий джентльмен.

Папа ухмыляется.

— Этот парень — просто не от мира сего.

Постепенно разговор снова возвращается к Роману и нашим так называемым отношениям.

Роман включается в игру и врёт так легко, что становится не по себе. Он обнимает меня за плечи, будто мы и правда пара. С чего это он вдруг решил так старательно подыгрывать? Хотя его склонность лгать не должна меня удивлять. Я видела его видео. И не скажу, что мне неприятно ощущать его руку на своих плечах.

У меня буквально плавятся мозги от его тепла. Крепкое тело рядом, лёгкий запах пряного лосьона после бритья — всё это лишает меня дара речи. Я теряю нить разговора, а Элиза наблюдает за мной с нескрываемым интересом.

Роман притягивает меня ближе.

— Всё в порядке, принцесса?

Щёки тут же вспыхивают от этого фальшивого ласкового прозвища. По телу пробегает дрожь там, где ей совсем не место.

— Я в порядке, — бормочу я, запивая всё это неприличным количеством вина.

К концу ужина, когда мы поднимаемся наверх, я уже не просто навеселе. Я спотыкаюсь, и Роман ловит меня прежде, чем я успеваю рухнуть лицом вниз.